Читаем Рифматист полностью

– Гм?.. Ну да. Все никак не мог найти минутку и глянуть.

– Наверное, они не стоят вашего внимания. По крайней мере, сейчас они вряд ли нам чем-то помогут.

– Кто знает?.. – отозвался Фитч, листая страницы. – Возможно, исчезновения начались задолго до наших дней. Что, если мы их просто не замечали? Например, потому, что они случались изредка, с большим перерывом во времени? Так, что и не поймешь их взаимосвязь, пока не увидишь на бумаге. Нам следует…

Фитч вдруг умолк и уставился на лист бумаги.

– Что такое? – встрепенулся Джоэл. – Вы что-то обнаружили?

– Гм?.. Нет, ничего особенного. – Фитч и отложил списки в сторону. – Мне следует поменьше отвлекаться от изысканий! Надо продолжать читать!

«Врать совершенно не умеет, – заключил Джоэл. – Вероятно, потому, что боится вступить в конфронтацию и постоять за себя… И все-таки, что же привлекло его внимание? И почему он не хочет рассказать об этом мне?»

Джоэл как раз выдумывал способ незаметно подглядеть, что же такого Фитч нашел в списке, когда дверь в конце книжного «туннеля» распахнулась и на пороге возникла Мелоди.

«Ее факультативное занятие у профессора Фитча закончилось с полчаса назад, – подумал Джоэл. – С чего бы вдруг ей возвращаться?»

– Мелоди, ты что-то забыла? – спросил Фитч.

– Не думаю, – отозвалась она, прислоняясь к дверному косяку. – Я тут по служебному поручению.

– Служебному поручению? – переспросил Фитч.

– Ага, – отозвалась Мелоди; в руках у нее белел конверт. – Нализар все еще эксплуатирует меня после занятий. Кстати, Джоэл, я поняла, кто виноват в моей беде!

– Кто?

– Разумеется, ты!.. Если бы ты не пытался прошмыгнуть на лекции рифматистов… Если бы не вляпался в неприятности, я бы сейчас не бегала, как заводная, по всему кампусу! Профессор, вот ваше послание. В нем говорится, что ректор хочет видеть Джоэла у себя в кабинете.

– Меня? – удивился Джоэл. – Зачем?

– Что-то насчет твоих оценок, – пожала плечами Мелоди. – Ладно, мне пора возвращаться к своей скучной черной работе. Дел невпроворот! Увидимся за ужином?

Джоэл кивнул, и она выскочила за дверь. Он подошел и забрал послание, которое Мелоди заложила для профессора между книг.

«Оценки…» – рассеянно подумал Джоэл.

Ему бы встревожиться, но отметки заботили его в ту минуту меньше всего. На фоне происходящего учеба в академии казалась чем-то далеким и нереальным.

Послание было запечатано, однако Джоэл уже хорошо знал Мелоди, чтобы догадаться, что та прочитала записку от ректора. И в самом деле, конверт был сбоку аккуратно надорван.

– Наверное, я тогда пойду, – сказал Джоэл, возвращаясь за рюкзаком с книгами.

– Гм?.. – промычал Фитч, уже погрузившийся в книгу. – Ах да!.. Очень хорошо… Увидимся завтра!

По пути к выходу Джоэл бросил взгляд на стол профессора в попытке узнать, что же тот обнаружил в переписных перечнях. Похоже, внимание Фитча привлек листок с недавними выпускниками Армедиуса. Джоэл увидел свои пометки напротив фамилий двух студентов, умерших при невыясненных обстоятельствах. Их имена были ему незнакомы и даже не на слуху. Что же тогда…

Джоэл, как и в прошлый раз, едва не проглядел фамилию… Экстона! Имя конторского служащего находилось в верхней части списка среди прочих. Неужели Фитча заинтересовал Экстон? Или это просто совпадение?

Покинув кабинет профессора, Джоэл пересек лужайку и направился к зданию администрации. За последние семь дней академия изменилась. Полицейских стало значительно больше. Они проверяли документы и на станции монорельса, и у ворот при входе на территорию Армедиуса. Студентам-рифматистам так и вовсе запретили покидать кампус без сопровождения. Джоэл как раз миновал нескольких из них. Недовольные, они сетовали, что академия превратилась в настоящую тюрьму.

«Даже заядлые футболисты и те играют вяло, – отметил про себя Джоэл, шагая мимо поля. – Да и в рядах игроков народу как будто поубавилось!»

Большинство студентов общеобразовательного курса уже разъехались по домам. Родители забирали детей на летние каникулы, и администрация академии тому не препятствовала. И хотя во время последнего похищения погибли нерифматисты, в панику никто не впадал. Очевидно, что мишенью по-прежнему служили рифматисты, а потому обыкновенным студентам находиться за стенами академии было даже безопаснее.

После похищения Чарльза Кэллоуэя преступник – или преступники – затаился. Минула неделя наряженного ожидания. Люди гадали, что будет дальше? Кому грозит опасность, а кому нет? И конечно же, каждый задавался вопросом: кто следующий?

У центральных ворот академии Джоэл ускорил шаг. Снаружи собралась толпа протестующих. Их появление, наверное, было самым главным изменением в размеренной жизни Армедиуса. Многие потрясали плакатами: «Мы хотим правды!» и «Пыльники опасны! Пускай пылят на Небраске!».