— Про деньги он вспомнил! — недобро усмехнулась медсестра. — А то, в каком тебя состоянии сюда привезли, ты не помнишь?

— В каком? — спросил Паша.

— Едва жив был. Без сознания. Пена изо рта шла. Мы уж думали — не выкарабкаешься! Если б не твой приятель…

— Егор?

— Не знаю — Егор не Егор. В общем, все твои деньги на лекарства ушли, на лечение, понял, парень?

— Слушайте, я вас об этом просил?! — завелся Паша. — Больно мне нужно ваше лечение! Деньги назад возвращайте, иначе я сейчас же в милицию заявлю! Там рублей восемьсот было!

— Заявляй, заявляй! — кивнула медсестра. — Они тут как раз тобой интересовались, откуда, мол, такой наркоман взялся и что он в нашем районе делает? Сейчас я им позвоню, скажу, что очухался. Прямиком из больницы в тюрьму и переедешь.

— За что это? — испуганно спросил Паша.

— За все хорошее! За наркотики за свои, за то, что без документов живешь. Так что сиди в палате и не дергайся. Понял?

— Есть охота, — неожиданно сказал Паша.

— Ну, это можно, — кивнула строгая медсестра и снова закрыла дверь на ключ.

— Эй, не надо закрывать! Не убегу я! — крикнул Паша и саданул в дверь кулаком.

— Ты это своим детям расскажешь, — отозвалась из-за двери медсестра и ушла.

Ему на самом деле хотелось есть. Давно он не испытывал такого острого чувства голода, свойственного большинству здоровых людей. Неужели эти деревенские коновалы его вылечат? Нет, он не хотел этого, не хотел, не хотел! Он хотел хорошую дозу, чтобы опять забыться и уснуть, чтобы не видеть этой каморки, заснеженных полей за окном, строгого взгляда медсестры в очках. Ничего не видеть и не знать, потому что «многие знания умножают скорбь». И он теперь это чувствовал, как никогда.

За окном послышался какой-то странный переливчатый звон. Паша подошел к окну, глянул вниз, на заснеженные поля и деревья. Звон нарастал, и вот из-за снежного бугра появилась тройка, которая тащила за собой широкие сани. Возница правил сто громко понукая лошадей, а в санях сидели двое: парень и девка. На парне была расстегнутая дубленка из-под которой был виден черный костюм, на девке — большая шуба, на голове — длинная полупрозрачная фата.

«Свадьбу празднуют, сволочи! Сколько ж они на нее денег грохнут, подумать страшно! Все на ветер, на фуфу! Лучше б мне подлечиться дали!..»

Паша улегся на кровать поверх одеяла и закрыл голову подушкой.

БЕГ С ПРЕПЯТСТВИЯМИ ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ