Читаем Риелтор полностью

— Агентство «Гарант плюс». Да. С кем поговорить? Со мной? Со мной можно поговорить. Директор?.. Да, Вадим Георгиевич — это я. Так что там у вас?

Вадим Георгиевич резво загнал машину во двор. Взвизгнули тормоза. Около двери с табличкой «Нотариальная контора» прогуливались двое стариков. Он — высокий, статный, с усами — был одет в дубленку, костюм и явно старые, но до умопомрачительного блеска начищенные остроносые ботинки. Она — ниже старика головы на две — была одета в чернильного цвета пальто, на голове у нее плотно сидела потертая норковая шапка с тесемочками.

— Они? — спросил Вадим, грозно посмотрев на Катю.

— Конечно. — Катя с облегчением вздохнула.

— Ну и?.. Где летные сапоги и красное пальто? — язвительно поинтересовался директор.

— Откуда ж я знала? В прошлый раз так было, — пролепетала Катя.

— Вот-вот, в прошлый раз. Ладно, пошли. — Вадим открыл дверцу. — А вы, Станислав Павлович, посидите немного.

Они направились к старикам. Завидев Катю, старики укоризненно покачал головой.

— Опаздываете, голубушка.

— Савелий Андреевич, мы же с вами договаривались к полдесятому в офисе! Как же так? — вздохнула Катя — Мы вас там ждем, вы нас — здесь.

— В офисе? — Старик замер, пораженный новостью— — Так ведь у нас о конторе разговор шел…

— Ладно, все, проехали… Вадим Георгиевич, директор, — представился Кравцов и пожал большую руку старика. — Ваш покупатель сейчас сидит в машине с деньгами.

— Очень хорошо, так пойдемте все скорей оформлять, — встряла в разговор старушка.

— Да, конечно, он расплатится после сделки. Но я бы не советовал…

— Что, могут быть фальшивые? — Старушка испуганно закрыла рот рукой. — А вы их разве не проверки?

— Давайте-ка лучше съездим в банк, положим деньги в ячейку. Там их проверят, и все! Пусть там они, печатанные, полежат, пока завершается сделка, А дотом я вас отвезу в банк, и вы их получите.

— До перерыва не успеем. — Старик посмотрел на часы.

— Ну и что же? Значит, получите после перерыва. Старики переглянулись. В глазах у старушки Вадим прочитал страх. Ну да, знает он все эти стариковские страхи, насмотрелся. Может, когда сам до шестидесяти доживет, собственной тени бояться будет, от фонарных столбов шарахаться… Ему, конечно, наплевать на все, но еще неизвестно, каковы у Станислава Павловича остальные стодолларовые купюры. Может, они на подпольной чеченской фабрике напечатаны?

— Ладно, надо все делать, как положено. Вам виднее, — решился старик и направился к машине.

В банке, на глазах изумленных пенсионеров, Станислав Павлович стал доставать из карманов пачки с долларами. Он небрежно кидал их на стойку перед окошечком кассира. Все происходило в отдельной комнате, подальше от посторонних глаз. В ловких руках кассирши купюры разлетались веером. Она проверяла их под синим светом детектора. Старики опять стали переглядываться: а вдруг эта шустрая пропустит «плохую», ненастоящую купюру? Однако опасений своих они не высказали.

«И куда им такие бабки? — думал Вадим, глядя на мелькающие купюры. — Будут жить в халупе с тараканами да крысами, мочить корки для беззубых ртов. Нет, часть денег они себе, конечно, оставят, чтобы пожить напоследок по-человечески, но большая наверняка уйдет детям или внукам „на разживу“, на баловство, на „прибамбасы“. А может, кто из наследников в долги влез, вот его и поставили на счетчик, как это часто случается в современной жизни — положили жизнь на кон, и теперь старикам приходится выручать его из беды? Большой город — много зла. Впрочем, незачем ему нос в чужие дела совать! Его дело — ячейки открывать, договоры подписывать, авансы считать.

Кассирша положила деньги в инкассаторскую сумку, заклеила ее бумажками с печатями.

— Пойдемте, — сказала она.