– Почему-то стихи пишут в основном мужчины, – заметила я, – а женщин-поэтов раз-два и обчёлся. Вот и Андропов тоже писал стихи, и Анатолий Лукьянов.

– Поэт Осенин?

– Да, поэт Осенин. Ну и Иосиф Джугашвили тоже сочинял стихи в пору своей юности. Но вы уверены, что самому Сталину понравилось бы, что печатают его юношеские стихи? Говорят, при жизни он жёстко пресекал все такие попытки. Наверное, он не хотел, чтобы его считали сентиментальным.

– Да, свои ранние работы он не хотел показывать, – согласился Р.И. – Но его ранние стихи высоко ценил знаменитый грузинский поэт, князь Чавчавадзе, который обратил внимание на молодого поэта.

23 июля 2012 года, понедельник

Не удалось с первого раза отпечатать шесть стихотворений: Р.И. обнаружил, что я пропустила последнее стихотворение, решив, что оно перечёркнуто. Пришлось допечатывать. Провозилась до 16 часов. Вместе со стихами принесла Р.И. нарезку из арбузов.

– Кажется, уже пошли арбузы. И совсем недорого – четвертинка большого арбуза всего за 25 рублей. Если вы не хотите заказывать их своему социальному работнику, я могу вас снабжать такими нарезками из Новоарбатского гастронома весь сезон, – предложила я, зная, что женщины, которые прикреплены социальной службой, приносят не больше 4 килограммов продуктов в неделю. Буханка хлеба, два пакета молока, какая-нибудь крупа, – вот тебе и норма! Станет она возиться с какой-то нарезкой!

Р.И. деликатно промолчал и предложил посмотреть фотографии, сделанные на отдыхе в санатории под Белгородом. Судя по фотографиям, санаторий действительно очень благоустроенный.

– Они пригласили меня приехать ещё и в сентябре. В тех краях это бархатный сезон, – издалека начал он, испытывающе поглядывая на меня.

– Обязательно поезжайте, – горячо поддержала я. – Раз уж вам предоставляют такую возможность, нельзя её упускать.

– Я бы с удовольствием поехал туда с вами, – посмотрел на меня Р.И.

– Я бы тоже с удовольствием с вами туда поехала, но в качестве кого? Вы же не согласитесь, чтобы я была при вас только как сестра-сиделка? А по-другому я не согласна, – призналась я.

Р.И. не стал разубеждать меня в том, что его устроит моё сопровождение в качестве сестры-сиделки.

– Но, кажется, у вас есть приятельницы, которые согласятся на романтическое путешествие с вами? При мне вам звонила какая-то дама, с которой вы долго любезничали. Что это была за женщина? – поинтересовалась я.

– Это одна довольно интересная дама, примерно вашего возраста.

– А вы хорошо её знаете?

– Я её знаю довольно давно, но не близко. В советское время она работала в министерстве культуры. И сейчас работает кем-то вроде театрального администратора. Уверяет, что давно меня любит. Кроме того, она говорит, что разделяет мои политические убеждения. И что немаловажно, неплохо готовит.

– Разумеется, путь к сердцу мужчины лежит через желудок, – заметила я и поинтересовалась: – А не может быть так, что она хочет выйти замуж не за вас, а за вашу престижную квартиру в центре Москвы? Говорят, что это добавляет мужчинам привлекательности в глазах некоторых женщин.

– Да нет, у неё есть своя квартира, и дочь её тоже обеспечена жилплощадью, – отмахнулся Р.И. – Недавно она фактически сделала мне предложение. Готова сразу вести меня под венец. Даже узнала заранее, где находится ЗАГС, и в какие часы работает. Но при этом предупредила, что не готова исполнять супружеские обязанности. Тогда я у неё спросил: так вы хотите стать моей женой, или моей вдовой?

– Всё равно стоит подумать над её предложением. Хотя, если вы говорите, что она такого возраста, как я, то она для вас старовата. Ещё лет пять-семь, и ей будет 70, и за ней самой нужно будет ухаживать. А вот женщина лет 40–50 вам будет в самый раз. Можно и молодую пенсионерку. Если она, конечно, согласится быть вашей женой по-настоящему, как вы хотите.

– Мне уже 82 года, – вздохнул Р.И.

– Ну какие ваши годы! Сергей Михалков женился, когда ему было 84, на 40-летней женщине, и благодаря ей прожил до 97 лет, мог даже ребёнка себе завести при желании. Хотя я подозреваю, что это была просто сделка: на самом деле она была при нём не женой, а домработницей, но чтобы потом его сыновья не оставили её ни с чем, он на всякий случай зарегистрировал с ней брак. Наверняка там не обошлось без брачного договора, потому что дача на Николиной горе, где жил старый Михалков, досталась не ей, а его сыну Андрею Михалкову-Кончаловскому.

– Ну, знаете, у Сергея Михалкова, кроме этой дачи, еще много кое-чего было! Он же был советский миллионер! Я думаю, её не обидели.

– Как знать. Во всяком случае то, что он о ней заранее позаботился, делает ему честь.

28 июля 2012 года, суббота

Позвонил Р.И. и сказал, что сегодня День Крещения Руси, и он решил мне позвонить по случаю этого праздника.

– Правда, я не знаю, имеет ли он к вам прямое отношение, но я всё-таки решил вас поздравить с этой датой, – сказал он.

– Как же-как же, самое прямое отношение имеет, – ведь это греческая вера, – заверила я.

– Так ли уж и греческая? – усомнился Р.И.