Читаем Резонанс душ (СИ) полностью

- Не знаю, - отмахнулся Макс, но потом все же ответил, - Шел слух из триста четырнадцатой роты, где он готовил к выпуску двух ребят, что ему больше пятидесяти. Но я в эту чушь не верю. Да, у нас сейчас технологии зашли далеко, но не настолько же, чтобы продлевать жизнь человеку до бесконечности, и вообще, человек ли это...- Скривился он. - Кстати, выглядишь ты просто потрясающе, если сравнивать с первым разом...Будешь? - Улыбнувшись, он протянул мне пару мармеладных мишек, которые были очень редки в наше время.

- Где ты их достал? - Взяв парочку, спросила я.

- У меня есть пара мест и свои связи, через которые я могу достать, хоть и в небольшом количестве, но почти все, что захочешь.

Я попробовала одного на вкус: сладкое желейное; я долго его разжевывала, пока во рту ничего не осталось. Затем положила второго: то же самое ничего нового, кроме того, что он был синего цвета, а первый - желтого.

- Ты был когда-нибудь в городе? - Спросила я, вглядываясь в тот свет.

- Я там родился, - улыбнувшись и снова начав пожирать меня глазами, ответил он. - Там совсем другая жизнь, нежели, за пределами. Таких городов у Федерации несколько тысяч. Остальные же живут под землей или в космосе на специально созданных станциях, но там я никогда не был - мне неинтересно сидеть без дела и наблюдать сверху, как мою планету разрывают на части.

При этих словах внутри меня что-то дернуло. На мгновение я закрыла глаза и увидела огромную трещину в коре Земли, куда падали здания, автомобили, деревья, люди и крики... Я быстро открыла глаза и начала тяжело дышать. Макс схватил меня за плечи и начал трясти:

- Эээй, Кира! Проект "Кира"! С тобой все хорошо?

- Просто Кира, зови меня Кира. Это, скорее всего, от твоих конфет. Не давай мне их больше. - Уже успокоившись, сказала я.

- От моих конфет, - пробурчал себе под нос парень. - Скорее, это у тебя в голове что-то щелкнуло.

- А как же города защищаются от ракетных ударов? - Продолжала спрашивать я, не обращая внимания на его высказывания.

- Радиоактивные заглушки; локаторы, которые расставлены по всему городу. А такой яркий свет отпугивает хоррендов. Поэтому кажется, что это не город, а звезда какая-нибудь.

- Кто такие хорренды?

- А ты разве не знаешь? - после отрицательного кивка головой он продолжил, - После того, как мир разделился на две противоборствующие стороны и после первых химических и ядерных ударов по различным странам, а в особенности, по мирному населению, все поменялось. Это "мирное" население выбрало третий путь или сторону, как говорится: годами добровольно жить возле ядерных воронок без масок или защитного костюма; да, первопроходцы погибали, но их дети и дети их детей приспособились и стали мутировать. Хорренды - это отголоски, тень людей, не взлюбивших тех, кто начал эту войну - они против всех. Здоровые и почти неубиваемые, но очень тупые; они боятся света, но иногда они прорываются и уничтожают целые города, не жалея никого на своем пути.

- А кто первый начал войну?

- Никто не знает. Конечно же, правительство Федерации скажет тебе, что первыми нанесли удар Объединенные Республики; те же, в свою очередь, скажут, что Федерация была зачинщиком.

Ужас, какой ужас. И после этого, он будет мне рассказывать, что хорренды тупые, хотя люди недалеко ушли: сцепились друг с другом и развязали эту войну, а все ради чего? Смысла нет...не вижу смысла.

Зачем спасать людей, если они сами загнали себя в ловушку, они сами не хотят быть спасенными. Я могу помочь лишь планете: измученной, дырявой планете. Только ей. После своих размышлений, я резко встала и, ничего не сказав опешившему Максу, вышла из комнаты, решив, что больше никогда здесь не появлюсь.

***

После того дня я больше ни с кем не разговаривала, даже с создателем. А с остальными и подавно. Я также тренировалась, но у меня теперь была другая цель: мне было все равно на людей и на то, что с ними связано. При первой же возможности я хотела избавить мир от них, но не сейчас.

Как только буду готова.

- Почему ты вдруг замолчала? - спросил меня через два месяца Инструктор, беря в руки два больших кинжала танто.

Не ответив ему, я взяла один из них и взмахнула. Я многому научилась: с легкостью теперь не только двигала предметами в руке, но и сама двигалась с достоинством. Его лезвие ударилось с такой силой о мое, что металл не выдержал и раскололся на части; но ведь это было только начало, а прекращать не хотелось. С остатком "кинжала" я продолжила его атаковать.

Инструктор же как будто смеялся надо мной, уворачиваясь и перекидывая меня через себя, он успевал давать мне тыльной стороной кинжала по заднице и смеяться:

- Давай, девочка. Я же знаю, что ты можешь... - И я, отбросив ненужную часть ножа, побежала со всей силы к нему. Он, приготовившись к этому, положил свой нож себе под ноги и поймал меня, как говорится, "в полете", одной рукой за шею, а другой - скрестив обе мои за спиной.