Читаем Резервист полностью

Если честно, то мне совсем не по нраву то, что этот мордатый крутился всю дорогу вокруг моей девушки, несмотря на пару моих намеков и предупреждений. Ладно хоть в кабину «Егеря», куда пересела утомленная длинной дорогой Олеся, не лез. А «тойота» с прицепом ехала на сцепке сзади. После этого пожара мы уже впотьмах попали в пригород здешней Москвы, где и заночевали, а утром разделились. Многим пришлось выезжать, поскольку циркачи торопились на зимние квартиры, особенно дрессировщики. Им предстояло долго отхаживать и отпаивать земных тигров, которые были гвоздем програмы. Так что не поглядев Москву, мы разъехались в разные стороны. Переселенцы на автобусах отправились прямиком в Демидовск. И часть людей из конвоя тоже последовала за ними. Я тоже хотел ехать, но девушки, все вместе – Олеся, Светлана, Вера и Лиза – захотели посмотреть самый большой порт на этом побережье. Мол, Форт-Ли и Москву практически не видели, так хоть Новую Одессу посмотрим, корабли тоже. А мои возражения, что нужно поскорее устроиться до сезона дождей, никакого успеха не имели.

– Ну и на кой хрен они здесь нужны? Зубастых чаек пугать? Или покрасоваться? – раздраженно поинтересовался я. Доставать меня начал капитан, чесслово. Аж до зубовного скрежета.

– Ну против пиратов. Они могут попытаться захватить порт, – заметила Олеся, не отрываясь от бинокля. Понравился ей вид. Возможно, и капитан понравился.

– Тогда бы лучше малокалиберных автоматов наставили, толку было бы больше. Это же для морского боя пушки, против больших кораблей. По маломерным судам стрелять из таких дур – все равно что из пушки палить по воробьям. Шума много, а толку чуть. Ладно еще трехдюймовые автоматы… Впрочем, это не мое дело. Поехали скорее, нужно еще в отель заселяться. – Я полез было в кабину, но услышал приглашение капитана, обращенное к Олесе.

– Олеся, а ко мне не заедете? У меня великолепный дом, почти пустой, можете остановиться хоть на весь сезон дождей. – А сам ее за руку придерживает.

– Капитан, пошли поговорим. – Все, кончилось мое терпение. Я кивнул Малику и направился за машины. Малик двинулся за мной.

Капитан пошел вместе с прапорщиком, а братья отвлекли Олесю каким-то вопросом. Отойдя от машин за ближний бугор, я отдал АКМС Малику.

– Тебе никто не говорил, что чужих девушек отбивать опасно для здоровья? – Пофиг мне сейчас его погоны, что будет, то будет. Я снял пояс с пистолетом и подсумками и протянул хмурому уйгуру.

Капитан тоже разоружился. И начал разогревать мышцы плечей и ног, коротко работая руками и быстро, по-боксерски, перебирая ногами. Но я и не думал, что будет легко. Впрочем, я тоже не подарок. Омоновец коротко шагнул ко мне, встал в стойку боксера-любителя. Я сделал то же самое и легкими прыжками ушел вправо по кругу. У меня довольно неплохо получается изображать боксера. Нанес короткий левой, шагнул назад, уклоняясь от встречного правого в подбородок. Капитан опять сократил дистанцию, нанес серию ударов по корпусу и опять попытался достать подбородок. А я блокировал его хук и ударил коленом в грудь. Сильно, но не очень точно, думал попасть в солнечное, а попал в грудину. Но попал здорово, отбросил его метра на полтора. Он аж на зад сел. Я рванул было вперед, но его прапор заслонил дорогу.

– Лежачего не бьют, из-за девки деретесь, не на смерть, – и отошел в сторону.

Николай уже стоял на ногах, одной рукой потирал грудину. А потом шагнул ко мне и попытался врезать с разворота ногой в челюсть. Меня спасло умение мгновенно складываться пополам, выручавшее не раз. Потом я принял на правый бок сильный косой удар ногой и, шагнув вперед, ударил лбом. «Ливерпульский поцелуйчик», редко кто ждет его от такого толстого и неуклюжего парня. А потом сильно врезал правой под дых и левой в ухо. Все вроде.

Оглянувшись, увидел столпившихся людей, с интересом смотревших нас. И побледневшую Олесю, большими глазами наблюдавшую за нашей дракой.

Семен Семенович подошел к начавшему подниматься Николаю, усадил и проверил его состояние. А ко мне подошел отец капитана. Злой и хмурый.

– Я довел вас до Одессы. Дальше езжай сам, – помолчав, сказал он. – И спасибо тебе за совет, данный в дороге. Если бы не он, мы бы все сгорели. Прощай.

Повернувшись, наклонился к сыну, поглядел ему в разбитое моим лбом лицо, повернул и посмотрел на текущую из уха кровь. Потом они с Семеном аккуратно приподняли его под руки и повели к конвою.

Прапор, усмехнувшись, пошел следом. Циркачи тоже стали уходить, пожимая мне и моим спутникам руки. Вскоре они уехали, оставив нас возле форта.

– Ну что, Отелло? Как бок, болит? – спросил Виктор Константинович, заметив, что я морщусь от боли в правом боку. Здорово меня капитан лягнул, говорить нечего.

– Точно, Отелло. Володя, драться обязательно нужно было? – спросила Олеся, осторожно вытирая мне лицо.

Я и не заметил, что у меня рассечена бровь. Видимо, когда боднул омоновца, разбил ее, прямых в лицо я вроде не пропускал.