Читаем Резервист полностью

– Пахать-то нам придется, только в основном руками и головой. Мы с Маликом слесаря-сборщики, ремонтники и прочее, да вы сами знаете. Впрочем, мои знакомые механизаторы неплохо гайки крутят, так что я ничего не имею против создания бригады. А ты, Малик? – Я повернулся к напарнику.

Тот кивнул, не отрываясь от пивной кружки. Потом все-таки оторвался, поставил ее на стол, на кружок из какого-то листа.

– Тоже ничего не имею против. Вчетвером легче и быстрее работать, тем более что мы друг друга уже немного знаем. Правда, я абсолютно без понятия, чем и как займусь в русских землях. Честно, мы ведь ничего пока не знаем, есть только общие сведения. Поэтому предлагаю держаться вместе, вместе и работать легче, и работу искать. По крайней мере, нам с Вовой работа в Порто-Франко сама в руки упала, и неплохая. Если и в России так, то это здорово! – Малик допил пиво и поставил пустую кружку на стол. – Все, хватит на сегодня.

– А меня возьмете? – неожиданно спросил Артемьев. – Я понимаю, что уже немолодой и не кажусь вам подходящим товарищем, но я начинал слесарем, у меня до сих пор в трудовой пятый разряд стоит. Еще я инженер-конструктор летательных аппаратов, в Тбилиси отработал три года и в Новосибирске пять, пока по партийной линии не пошел. А насчет работы я так думаю. Мир строится, людей немного, так что на квалифицированных рабочих и инженеров спрос есть, и большой. Мне, например, кажется, что здесь скоро начнется довольно массовый, ну, по меркам этого мира, выпуск оружия, самолетов, автомобилей и прочей техники. Просто потому, что зависеть от импорта губительно. Схлопнутся все Ворота, и что? Ведь недаром русские создали мощную промышленность. Вы представляете себе, какие капиталовложения требуются для такого дела? Миллиарды! Причем многие миллиарды. Правда, я сегодня прикинул на примере Аламо и Порто-Франко, сколько одних патронов нужно! Вот смотрите, средний житель этого городка расстреливает около пары сотен патронов в неделю. Или около тысячи в месяц. Один человек тратит от двухсот и больше экю в месяц только на патроны. И ведь таких людей здесь много, сюда вообще довольно авантюрные люди переселяются, вон Володя с Маликом даже пулеметы купили. Так что оборот огромный. А еще сайдинг, металлопрокат, пропилен и прочее. И получается, что свое производство неплохо кормит. Так что, ребята, с политикой я завязал, в рабочие возьмете? – Артемьев, откинувшись на массивную спинку тяжелой скамьи, весело посмотрел на нас.

Вообще, мебель в этом мире основательная, из массивных и добротных досок. Я здесь только на базе земную офисную мебель видел. А в салуне ее как будто специально сделали неподъемной, для того чтобы в драке ею не махали, что ли? Но кто здесь будет драться, когда у каждого пистолет на поясе?

Впрочем, как будто в ответ на мои мысли подгулявшая компания на другом конце салуна сцепилась с группой из трех человек, выпивавших рядом. Они уже давно перебрасывались ехидными репликами, из которых я понял только что-то про коровью задницу городских тварей.

Из-за стола встал здоровенный, насквозь пропеченный солнцем парень в коротком кожаном жилете и пропыленной, пропотевшей шляпе-стетсоне. Коротко рявкнув коренастому, квадратному такому парню в чистой рубашке с короткими рукавами, он расстегнул оружейный пояс с потертыми револьвером и пистолетом, брякнул на стол и вышел на улицу, саданув створками двери так, что в салуне ветер поднялся. Квадратик пожал плечами, типа «не виноватая я, он сам ко мне пришел», снял наплечную кобуру и тоже вышел, аккуратно притворив дверные створки.

– Это чего, драка? – У Коляна загорелись глаза, и они с Толиком выскочили вместе с большинством посетителей вслед за парнями.

Салун мгновенно почти полностью опустел.

– Пойдем поглядим? – поднялся из-за стола Малик, отодвинув свой пустой бокал.

С улицы донесся слитный вопль болельщиков.

– Пошли. Только, Виктор Константинович, не торопись в рабочие. Сам же сказал, что мир строится, значит, инженеры нужны как воздух. Не спеши.

И мы вышли на вечернюю улицу.

Там в кругу зрителей увлеченно колотили друг друга клерк с пастухом. У клерка оказался разорванным рукав, и на мощном бицепсе стала видна татуировка. У обоих были здорово подбиты глаза, у пастуха изо рта постоянно текла струйка крови, но парни ходили друг против друга, как уже разок подравшиеся и почуявшие вкус крови соперника коты.

К немалому удивлению, я увидел среди зрителей и наших женщин, увлеченно наблюдавших за мордобоем. Даже пакеты с покупками поставили на пыльную землю и о чем-то оживленно переговаривались.

К салуну, коротко рявкнув сиреной, подкатил массивный джип с намалеванной звездой на дверце. Из него не спеша выбрался здоровенный красномордый мужик в стетсоне и со значком на жилете. Все так же не спеша, вздымая облачка пыли своими стоптанными ковбойскими сапогами, он вошел в круг и коротко приказал:

– Брейк! – после чего с усмешкой осмотрел бойцов.

Те стояли побитые, но непобежденные.