Читаем Резервист полностью

Я уселся на порог, а Малик поставил лопату к стене и пошел мыть руки под колонкой. Подтянул ремень с пистолетом, поправил подтяжки. Здесь многие на усиленное держание штанов перешли, а то полтора кило на ремне вечно их вниз тянет.

– Короче, приглашают порыбачить на Море. Артемьев и Иванов берут лицензии в администрации, чтобы на Море сети поставить. А то на здешних речках сетями не половишь, разве что крокодилов в Амазонке.

Малик уселся рядом, а я стал обдумывать его предложение.

Морем у нас называли водохранилище в горах, образованное запруженной ГЭС рекой. Получилось это водохранилище весьма и весьма немаленьким, более полусотни километров в длину и около пятнадцати в самом широком месте. И красивое получилось это Море – обалдеть. Мы поглядеть ездили недавно, так женщины только «ах» и промолвили. Не зря сейчас там множество частников гостиницы строят и причалы, почуяли прибыль.

Правда, к самой ГЭС не подойти, не подъехать – стратегический объект, пятикилометровая запретная зона вокруг, в воде сети от боевых пловцов стоят, и вроде, по слухам, даже тюлени дрессированные есть. Охраняют почище, чем саму ППД, даже контрольно-следовая полоса имеется, и Мухтары с местными Карацупами ходят. Очень серьезно все продумано, до мелочей.

Когда водохранилище только заполнялось, огромной проблемой стали водоросли, которые в прогретой и чистой воде разрастались со страшной силой. Их и косили, и драгами черпали, потом какой-то мужик вспомнил про земных рыб – толстолобиков и белых амуров. Мужик этот был из моих земляков, из Средней Азии, и строил когда-то Большой Каракумский канал. Там тоже с водорослями проблема была, и решили ее эти дальневосточные рыбы.

Ну, поскольку этот способ был достаточно дешев, завезли мальков из-за ленточки и запустили в водохранилище. Они начали с удовольствием трескать местную водную растительность и росли при этом как на дрожжах. А через пару сезонов они и размножаться начали в верховьях впадающих в Море рек. Поглядев на это дело, пара ихтиологов из Демидовска выписала из Старого Мира мальков волжской стерляди и амударьинского шипа и запустила их в Море.

Эти тоже прижились, и теперь в наших горах образовалось райское место для любителей рыбалки. Крупных хищных рыб не водилось, крокодилов не было, разве изредка каменный варан мелькал. Но вараны в воде не нападают, а на берегу стараются обходить людные места. Уже начали уважать человека.

Так что сюда со всего протектрота стали ездить любители рыбной ловли. Правда, на осетровых давали всего две лицензии на человека в год, но толстолобика, амура и местного окуня – лови хоть каждый день, правда, не больше полусотни кило в руки.

– Ну я в принципе не против. Но когда? В субботу пострелушки, причем зачетные, с субботы на воскресенье мы дежурим, забыл? – Сейчас нам приходилось по ночам дежурить на постах, так как комендачи патрулировали окрестности Солнцегорска.

Что поделать, весна. В горах оттаяли перевалы, и со стороны Имамата начались набеги. Можно ненавидеть бандитов, но не отдавать должного уважения их выносливости и умению передвигаться горными тропками нельзя. Иначе перешедшая на нашу сторону гор банда из пары дюжин молодых джигитов под предводительством опытных головорезов может таких дел натворить, что мало не покажется.

И далеко не факт, что потом можно будет хотя бы отомстить. Маскироваться они научились здорово, авиация наших протекторатов научила. Машин у них нет, а лошадок вполне себе маскируют. Укладывают на землю при звуках мотора, накрывают масксетью, и все.

Это одно из отрицательных последствий того, что в протекторате хорошо прошлись по поголовью крупных хищников в частности и большого местного зверья в целом. Ночью стало намного безопаснее, группы могли спокойно перемещаться.

А знакомый егерь рассказывал, что видел даже перекрашенных трофейных лошадей. Вороных, соловых и прочих перекрашивали перед вылазкой в цвета самого настоящего местного камуфляжа, так что, если лошадь стояла или лежала неподвижно, с воздуха было тяжело разглядеть.

Вот мы и дежурили. Три пары на вышках с М2 (уже пулеметы пригодились), три «секрета» в предполье и четыре бойца около китайских «катюш» при сержанте-артиллеристе, ибо схлестываться вчестную с «духами» никто не собирался. Плюс на крыше завода пост, но это уже от заводской охраны.

И по всему протекторату совсем не зря ввели режим усиленной боеготовности. Кстати, позавчера недалеко от Демидовска возле рабочего поселка обнаружили банду. Ополченцы прижали ее огнем «дашек» и АГС, а потом прошлись минометом.

Утром шестерых подобрали, холодных. И по следам свору гончих пустили. Здоровенные псы, специально РА в Техасе покупала, какая-то амерская порода.

Со стороны взлетки донесся звук запустившегося авиамотора.

– Гоняют, – заметил Малик, повернувшись к заводу.

– Еще бы, во вторник начальство ждут, – ответил я, избегая слов о первом полноценном взлете. Все-таки мы, авиастроители, очень суеверный народ. Пока что-либо не сделаем, стараемся не сглазить.