Читаем Резерв высоты полностью

Разведчики поднялись на пригорок, осмотрелись. Кругом тихо. Осторожно, то и дело осматривая в бинокль местность, пошли дальше. Через некоторое время их нагнал на телеге начальник штаба.

— Товарищ капитан, пока никого не встретили, — доложил ему Анатолий.

— Это хорошо, — ответил Русанов, — начинает темнеть. Если за ночь мы пройдем километров двадцать, это уже удача, а там сутки-другие — и Таганрогский залив.

К утру наземные подразделения полка Давыдова добрались до небольшого леска. Начальниа штаба, разрешав личному составу короткий привал, собрал командиров подразделений и сказал им:

— Первая ночь прошла спокойно. Мы продвинулись к Таганрогскому заливу километров на двадцать пять, но обстановка по-прежнему неясная, вемцы могут появиться в любую минуту. Поэтому держите людей в постоянной готовности к бою. Разведчикам — продолжать наблюдение за окрестностями.

Расположившись на опушке леса и памятуя солдатскую мудрость: «Когда обстановка неясна — ложись спать, прояснится — разбудят», некоторые авиаторы прикорнули под деревьяма, не выпуская из рук свое оружие.

Отделение сержанта Фадеева в это время вело разведку по маршруту движения в полосе пяти-шести километров. Они шли по основной дороге, второе отделение действовало слева, третье — справа, на удалении трех километров от дороги.

Анатолий и его спутники шли быстрым шагом. Солнце, поднявшись над горизонтом, начало хорошо пригревать, и скоро Анатолию стало жарко в летной куртке, но, не сбавляя темпа, он продолжал вести своих «следопытов» вперед.

3

Поставив подразделениям задачу, Русанов вместе с управленцами обсудил план дальнейшего движения наземного эшелона полка.

Часа через два дежурный привел к нему разведчика из группы Фадеева. Рядом с разведчиком шла серая в белых пятнах лошадь, запряженная в телегу.

— Товарищ капитан, разрешите доложить, — приложив руку к пилотке произнес младший сержант Скуратович. — На удалении восьми километров от этого леса немцев не видели, остальное написано вот здесь, — младший сержант передал донесение Фадеева.

Начальник штаба полка прочел короткую записку и поднял голову, что-то соображая про себя. Скуратович воспользовался паузой.

— Товарищ капитан, — обратился он к Русанову, — сержант Фадеев сказал: если вам нужна повозка, то я останусь при вас.

— Отлично! — обрадовался Русанов. — Лошадь в дороге — хорошее подспорье, оставайся.

Капитан подозвал посыльного, приказал: «Командиров подразделений ко мне!», — и почти в это же время раздался противный знакомый звук.

Павел Васильевич взглянул на небо: пара «мессершмиттов» летела на малой высоте на юг.

— Вот они! Кого-то ищут, — сказал инженер полка.

— Нашего брата, советского бойца, кого же еще? — ответил ему Русанов, грустно усмехнувшись.

Как только собрались командиры подразделений, Русанов сказал:

— Итак, на пути нашего движения, ближе десяти километров, час тому назад немцев разведчики не видели, а у местных жителей выяснили: фашисты продолжают наступление. Наши войска с боями отходят на восток. Значит, здесь больше оставаться нельзя, надо немедленно форсированным маршем двигаться к заливу.

— А если там немцы? — спросил инженер первой эскадрильи.

— Будем драться, — ответил Русанов. — Хотя оружия и патронов у нас кот наплакал! Но пока, — продолжал он, — надо подумать о тех, что сейчас пролетели над нами, и о тех, которые могут встретиться нам в пути. Чтобы они не застали нас врасплох, слушайте меня внимательно.

Русанов поставил конкретные задачи перед каждым подразделением, а в заключение сказал командирам:

— Разъясните всему личному составу: защита от воздушного противника залповый огонь, от наземного — своевременная маскировка на выгодном рубеже и хорошо организованный прицельный огонь.

Русанов прекрасно понимал, что его слабо оснащенное войско не сможет успешно противостоять какой бы то ни было немецкой части, поэтому старался провести его по самому безопасному пути. Каждый специалист авиаполка дорог и силен в своем деле, каждого нужно сохранить в ожиданий того момента, когда и летчики, и техсостав встанут в строй боевого полка и будут разить врага вверенным им оружием.

Во второй половине дня прискакал с докладом Фадеев.

— Товарищ капитан, мы находимся от вас километрах в десяти. По рассказам встреченных нами раненых красноармейцев, немцы с запада давят основательно. У них много танков, броневиков и автомашин.

— Что еще говорят бойцы?

— Рассказали, что их дивизия у реки Миус, ведет бой западнее Покровского.

Русанов быстро взглянул на карту и приказал Фадееву:

— Вместе со вторым отделением разведки подходи к Покровскому, уточни, нет ли там немцев, и к двадцати часам доложи мне.

Фадеев мгновенно вскочил на лошадь, галопом пронесся по большаку.

— Молодец, что самолетом, что конем — управляет отлично! — с удовлетворением отметил Русанов.

Проводив Фадеева, он снова внимательно посмотрел на карту. Сопоставил место расположения подразделений полка с возможным расположением стрелковой дивизии, ведущей бой против немцев, и подумал: «Фашисты скоро могут выйти на большак, необходимо ускорить движение».