Читаем Ретт Батлер полностью

Она целые дни проводила за работой. Ей казалось, что это будет длиться вечность. После четырех месяцев работы Кэт, казалось, была погребена под ворохом бумаг с поправками, изменениями, дополнениями. Сидя в своей маленькой, залитой солнцем, комнате, которая находилась рядом с их спальней, Кэт целыми днями правила пьесу. После Рождества, приехавший на несколько дней в Нью-Йорк Ретт заметил, что она выглядит очень уставшей.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да, прекрасно. А что? – удивилась Кэт.

– Не знаю. Мне кажется, ты утомилась.

Она усмехнулась: – А что ты хочешь? Я же непрерывно работаю.

– Как продвигаются дела?

Кэт глубоко вздохнула и опустилась в мягкое кресло.

– Не знаю. Я думала, что уже все кончено, но мне все что-нибудь не нравится. Все хочется еще что-нибудь исправить.

– Ты показывала переработки кому-нибудь? – Кэт покачала головой. – Может быть, это стоит сделать?

– Боюсь, там не поймут, что я делаю.

– Это неважно, малышка. Почему не попробовать?

Через неделю Кэт последовала совету отца и показала рукопись Нортону и режиссеру. Ее поздравили с окончанием работы. Но вместо того, чтобы выглядеть лучше после такого облегчения, Кэт выглядела еще более усталой.

– Не пойти ли тебе к доктору?

– У меня нет в этом необходимости. Хочу просто отоспаться. – И она так и сделала. В следующие пять дней Кэт почти не выходила из спальни, даже для того, чтобы поесть.

– Ты так измоталась? – Джейсон был не на шутку встревожен, но он должен был согласиться, что Кэт работала как проклятая четыре с половиной месяца.

Кэт кивнула.

– Более того, каждый день я просыпалась с единственным желанием: поспать еще.

Но через два дня Джейсон почувствовал еще большую тревогу и настоял, чтобы Кэт обратилась к врачу. Он записал Кэт на прием, и сам отвез ее к доктору.

– Неужели так трудно было раньше сходить к доктору?

– Но мне он не нужен. – Джейсон заметил, что Кэт стала совсем вялой и отказывалась есть. – Я просто очень устала.

– Может быть, доктор сделает что-нибудь, чтобы поднять твой жизненный тонус. – Но Кэт уже не смеялась над шутками Джейсона, а когда они зашли в клинику, ему почудилось, что Кэт вот-вот расплачется. После приема, когда Джейсон взглянул на нее, ему показалось, что Кэт все-таки всплакнула, но не сказала по этому поводу ни слова.

– Ну, как дела?

– Все в порядке.

– Удивительно. Как доктор мог сделать такой вывод? Из твоего очаровательного расположения духа или по здоровому блеску в глазах?

– Прекрати шутить. Ты не мог бы просто оставить меня одну? – Но когда они вошли в дом, Джейсон обнял Кэт, и повел ее в кабинет, расположенный внизу, где они могли спокойно поговорить.

– Хватит водить меня за нос, Кэтти. Я хочу знать, что происходит.

– Ничего. – Но он взглянул на нее и заметил, что губы ее трясутся, а глаза полны слез. – Ничего. Все хорошо.

– Нет, плохо. Ты обманываешь меня. Что сказал доктор? – Кэт попыталась отвернуться, но Джейсон взял ее за руки. – Кэтти… малышка… скажи, пожалуйста. – Но Кэт только закрыла глаза и покачала головой.

– Оставь меня одну. – Джейсон нежно повернул ее к себе лицом. – Может быть, что-то ужасное? – Он вздрогнул от ужаса, когда представил самое страшное. Он не переживет, если потеряет Кэт. Он не сможет жить без нее.

– Кэтти, – голос Джейсона тоже дрожал, но по крайней мере, она больше не отворачивалась от него, а только плакала.

– Я уже три с половиной месяца как беременна, Джей, – а затем, торопясь, продолжила. – Я была так занята этой проклятой пьесой, что ничего не заметила. Я только работала днями и ночами и никогда бы не подумала… – Кэт рыдала. – Я не могу даже сделать аборт. Уже слишком поздно.

Джейсон смотрел на Кэт в состоянии шока.

– А ты хочешь сделать аборт? Она ответила рассеянно.

– Какое это имеет сейчас значение? У меня нет выбора. – И освободившись из объятий Джейсона, Кэт выбежала из комнаты. Через минуту Джейсон услышал, как хлопнула дверь их спальни. И тут же по лестнице сбежал Филипп.

– Что с мамой?

– Она устала и легла спать.

– Уже?

– Да, малыш, уже.

– Ну, ладно, не хочешь поиграть? – но Джейсон чувствовал себя совершенно разбитым. Ему хотелось только одного: побыть в одиночестве. Но мальчик так умоляюще смотрел на него.

– Может быть, попозже?

– Попозже я пойду спать.

– Ну в таком случае, извини меня. Может быть, загадать тебе головоломку? – Мальчик просиял. Головоломки он любил больше всего. Джейсон вынул ручку и лист бумаги, нарисовал загадку.

– Иди, думай, что это такое.