Читаем Рецепт предательства полностью

– Не совсем так. Адреса и фамилии – прерогатива мужа, мне он сообщал только окончательный результат. Я не была компаньоном, если вы это имеете в виду. Я просто жена.

Еще раз окинув взглядом Тамару Львовну, я только лишний раз убедилась, что слово «просто» здесь не подогнать ни с какого боку.

– Но чтобы начать конкретные действия, мне необходима конкретная информация. Ваш муж вел какие-то записи? Блокнот, записная книжка… хотя бы список контактов в телефоне… Я могу получить это?

В воздухе повисла тяжелая пауза. Высокомерная Тамара совсем не походила на идиотку и, конечно, понимала, что, прежде чем назвать имя убийцы, я должна узнать имена подозреваемых. Но во всем ее великолепном облике сквозило явное нежелание посвящать меня в интимные подробности бизнеса.

Я рассердилась и пошла ва-банк.

– Тамара Львовна, если вы не готовы полностью доверять мне, я не смогу делать свою работу. Качественное расследование предполагает полный доступ ко всей без исключения, понимаете – без исключения, информации, которой владеет клиент. Я должна знать столько же, сколько знаете вы, иначе ничего не получится. Возможно, я не вызываю у вас доверия… так бывает. Тогда вам лучше подыскать человека, которому вы сможете доверять. Чтобы я напрасно не тратила время, а вы – свои деньги.

Пока я говорила это, во мне боролись желание получить гонорар и неприязнь к клиентке, от которой, если бы не это желание, я бы с удовольствием отделалась сию же минуту. Но когда мой монолог закончился, на душе стало очень легко, и мне было уже почти все равно, что ответит Тамара. Баба с возу… Что я, клиентов, что ли, не найду!

Но женщина мне на сей раз попалась настойчивая. По-видимому, она действительно была уверена, что это – убийство и убийца ей известен. Вероятно, она задумала отомстить. Поэтому, еще немного помявшись, пройдясь от окна к столу и обратно, она наконец вышла из кухни и через некоторое время принесла мне пухлый ежедневник и весьма недешевый смартфон одной из последних моделей.

– Вот, – говорила она, складывая все это на стол. – Здесь – записи Владислава, а это – его телефон. Книжку можете взять с собой… на время, но трубка должна остаться у меня. Вы можете просмотреть список контактов и спросить о том, что вас заинтересует.

Я взяла трубку и первым делом, разумеется, просмотрела последние звонки. Оказалось, что в последний день своей жизни покойный антиквар несколько раз звонил абоненту с фамилией Литке.

– Это лечащий врач Владислава, – с готовностью ответила на мой вопрос Тамара.

– А у него были проблемы со здоровьем? – сразу же уцепилась я за эту ниточку.

– Ну, не так, чтобы очень, но… Сами понимаете, когда дело к шестидесяти, со здоровьем не шутят. Но если вы хотите спросить о болезнях легких, сразу отвечу: этот орган Владислава беспокоил меньше всего. Сердечная аритмия, почки… иногда печень прихватывало. Но на работу легких мой муж никогда не жаловался. Сезонные простуды, как у всех, кашель.

– Владислав курил?

– Да, но… кто сейчас не курит? Не думаю, что это в одночасье вызвало такие роковые последствия.

– Ваш муж звонил господину Литке несколько раз… а как вообще началась эта болезнь?

– Да практически никак. Когда Владислав три дня назад приехал домой, слегка покашливая, никто бы не сказал, что он заболел. Тем более что исход будет таким… У него был обычный рабочий день, переговоры, встречи, консультации… ничего особенного…

– Простите… вы сейчас сказали, что не было ничего особенного. А вы уверены, что знаете это точно? Муж всегда делился с вами, если у него возникали неприятности?

Взглянув на меня высокомерно-снисходительно, Тамара милостиво пояснила:

– Мы вместе уже больше десяти лет. Этого времени вполне достаточно, чтобы узнать человека и без объяснений понимать, как прошел день. Впрочем, разумеется, Владислав делился со мной. Я не вникала в подробности сделок и переговоров, но в целом всегда была в курсе его дел и, если возникали проблемы, знала об этом.

– Но в тот день, как я понимаю, проблем не возникало?

– Нет, если не считать нашу непреходящую проблему – Владимира.

– К тому времени Владимир уже знал о том, что без его участия совершается интересная сделка?

– Да, он уже знал.

– И с его стороны не было никаких жестов: ни звонков, ни предложений о переговорах?

– Ни малейших.

– А сами вы откуда узнали, что ему сообщили эту неприятную новость?

– Я узнала от мужа. А от кого узнал Владислав, не смогу вам сказать. Источники конфиденциальной информации – это как раз то, чем он никогда не делился со мной.

– А ошибки здесь быть не может? Вдруг на этот раз источник подвел и информация неточная?