Читаем Решающие войны в истории полностью

С этого момента Фошем владела идея просто удерживать инициативу и не давать врагу передышки, а тем временем самому накапливать резервы. Первым его шагом должно было стать освобождение собственных, идущих параллельно фронту железных дорог серией локальных наступлений. Первое было осуществлено 8 августа Хейгом в районе Амьена. Соблюдая большую осторожность и с помощью мероприятий по дезинформации 4-я армия Роулинсона была удвоена по численности, и наступление — возглавляемое 450 (511. — Ред.) танками — стало, возможно, в своем начале самой большой неожиданностью войны (в наступлении участвовали также 1-я французская армия и левый фланг 3-й французской армии. 8 августа танки и пехота союзников атаковали внезапно, без артподготовки и продвинулись на 11 км. — Ред.). Даже хотя оно и вскоре остановилось — прямота нанесения удара была тому естественной причиной, — его первоначального шока было достаточно, чтобы нарушить душевное равновесие германского Верховного командования, и, убедив Людендорфа в моральном банкротстве его войск, заставило немецкого командующего заявить, что необходимо искать мира путем переговоров. И в то же время он сказал, что «цель нашей стратегии должна заключаться в том, чтобы постепенно парализовать воинственный дух врага посредством стратегической обороны».

Однако в это время союзники разработали новый стратегический метод. Фош начал действовать первым, приказав провести несколько атак в различных точках. Хейг довершил развитие этого метода, отказавшись подчиниться указанию Фоша о продолжении фронтального наступления 4-й (английской) армией. Ее продвижение возобновилось лишь только после того, как, в свою очередь, нанесли удар французские 3-я и 1-я армии. С этого момента наступление союзников, хотя и только на участках фронта Хейга и Петена, превратилось в серию быстрых ударов в различных точках, и каждый прекращался, как только угасал первоначальный импульс, каждый намечался так, чтобы подготовить почву для следующего, и все наносились достаточно близко во времени и в пространстве, чтобы быть увязанными между собой. Таким образом, возможности Людендорфа в переброске резервов в ожидании ударов были ограничены, и резервы Людендорфа быстро истощались, в то время как ресурсы союзников не испытывали большого напряжения. Этот метод, хоть он и не был истинно непрямым действием, можно отнести, по крайней мере, к пограничному случаю. Следуя линии наименьшего ожидания, он избегал линии естественного ожидания. Если этот метод действий и не избирал линию наименьшего сопротивления, то и не ставилась задача наступать на наиболее вероятном направлении. В реальности это была негативная форма непрямых действий.

Ввиду морального и количественного упадка германских войск этого метода хватило, во всяком случае на какое-то время, чтобы обеспечить непрерывное продвижение вперед и постепенное ослабление немецкого сопротивления. Четкое подтверждение этого упадка и последующее заверение Хейга, что он может прорвать линию Гинденбурга, прикрывавшуюся наиболее боеспособными немецкими резервами, убедило Фоша отказаться от этого метода и предпринять общее и одновременное наступление в конце сентября.

Этот план предусматривал оказание давления по сходящимся направлениям на обширный выступ германского фронта во Франции, предполагалось, что два союзных крыла, сформированные, соответственно, британцами и американцами, сомкнувшись, отрежут большую часть германских армий в этом выступе. Эта надежда основывалась на идее, что Арденны представляют собой почти непроходимую местность с узкими проходами на флангах. Можно, кстати, добавить, что такая идея об Арденнах должна была возникнуть из-за незнания этой территории, ибо на ней хорошая дорожная сеть, а наибольшая ее часть — скорее холмистая, чем горная местность.

Первоначально по предложению Першинга (командующего американскими экспедиционными силами в Европе. — Ред.) планом до некоторой степени предусматривались непрямые действия. Он предлагал, чтобы американская армия воспользовалась своим локальным успехом в ликвидации Сен-Мийельского выступа наступлением в направлении Брие и мимо Меца, имея целью оседлать германские коммуникации в Лотарингии и создать угрозу для западной линии отхода немецких войск к Рейну. Но Хейг высказался против этой операции как удара по расходящимся направлениям, а не по сходящимся с другими ударами союзных войск, и Фош, соответственно, изменил свой план, отвергнув проект Першинга. Поэтому американской армии пришлось перенести свои усилия на запад и поспешно готовить наступление, имея на это едва лишь одну неделю, в секторе Маас — Аргон. Здесь продолжительное давление по линии усиливающегося сопротивления обошлось дорогой ценой и привело к путанице, и, помимо того, оно оказалось бесполезным в свете облегчения прорыва Хейга сквозь линию Гинденбурга. Ход событий показал, что прямое воздействие, даже при подавляющем превосходстве в огневой мощи и моральном упадке противника, может прорвать позиции врага, но не может сломить его.