Читаем Репо полностью

С этим маленьким сокровищем, над которым нужно было поразмыслить, я направился на кухню, которая действительно пахла свежим кофе. Я нашла кофейник с набором одноразовых чашек и крышек, налила себе чашку, добавила сахар, затем надела крышку, посмотрев на часы. У меня оставалось еще двадцать минут. Но всегда лучше приходить рано, чем поздно. Особенно если это означало, что я должна оставаться в хороших отношениях с Ренни.

— Ты не уйдешь далеко, если будешь целовать их задницы, — сказал голос позади меня, заставив меня подпрыгнуть, когда я обернулась, чтобы найти Репо, сидящего за столом в углу, с дымящейся кружкой кофе в руке. Он откинулся на спинку стула, веки слегка припухли, кожа под глазами стала фиолетовой от недосыпа. Часть меня задавалась вопросом, не остался ли он, чтобы присматривать за мной, что я нашла это невероятно оскорбительным. Но большая часть меня была серьезно обеспокоена тем, как я не заметила, что он был там, когда я вошла. Кей надерет мне уши, если когда-нибудь узнает об этом. К счастью, я не собиралась говорить ему об этом.

— Я не собираюсь никому целовать задницу. Я просто рано встаю, — сказала я, вздернув подбородок, хотя это было в основном правдой. Да, я встала рано. Но рано для меня было около половины пятого утра, а не в три тридцать. Но все равно. Он этого не знал.

— Конечно, дорогая, — сказал он, кивая так, что я сочла это снисходительным.

— Два из шести не так уж плохо, — пробормотала я себе под нос, направляясь к двери.

— Что два из шести? — спросил он, по-видимому, обладая каким-то сверхслухом.

Я повернула голову через плечо, вздернула подбородок и сказала ему прямо. — Двое из шести из вас не безмозглые сексисты, — сказала я, приподняв бровь. — На случай, если тебе интересно, ты из тех оставшихся от шести, а не из двух. — С этими словами я вышла в большую комнату, а затем через заднюю дверь, мой желудок зловеще закружился. Я знала, что не должна была отвечать ему, но у меня также было чувство, что я тоже ничего не добьюсь, став увядающим цветком. Особенно, если они сбрасывали меня со счетов только на основании моего пола.

Кроме того, я предпочла бы, чтобы меня выгнали, потому что я не боялась высказывать свое мнение, чем быть выгнанной, потому что я показала себя просто невпечатляюще.

— Слава Богу, Вайолет, — простонал дружелюбный голос Ренни, когда я направилась к воротам, где он прислонился к дереву.

— Устал? — спросила я, заметив тяжесть в его ярко-голубых глазах.

— Ненавижу эту гребаную смену. Думаю, именно поэтому они дали ее мне, — сказал он с понимающей ухмылкой.

— Ну, может быть, я только что дала понять, а может, и нет, что по натуре я рано встаю. Так что, думаю, я скоро застряну в твоей смене, — задумчиво произнесла я.

— Ой, Вайолет, не надо на них так давить. Ты только что пришла, — сказал он, отталкиваясь от дерева. — Вот, — сказал он, протягивая огромный, тяжелый, черный фонарик. — У тебя еще есть добрый час темноты, — объяснил он, когда я потянулась за ним.

Он двинулся, чтобы пройти мимо меня, и я выпалила вопрос, который хотела задать кому-то с тех пор, как узнала, что мы патрулируем территорию. — Эй, эм, мне просто наблюдать за воротами или я должна пройти все это?

Ренни обернулся и одарил меня понимающей улыбкой, как будто, возможно, он знал, каково это — быть новым парнем. Наверное, когда-то и он был таким же. — Ты можешь оставаться у главных ворот только с интервалом в десять минут. Затем тебе нужно делать круги, каждый раз чередуя свой маршрут на случай, если кто-то наблюдает. У них был взрыв несколько лет назад, потому что некоторые новички напортачили со своей вахтой. Не хочу, чтобы это случилось в твою смену.

— Правильно. Спасибо, Ренни. Отдохни немного. Сладких снов. — Я съежилась в ту же секунду, как это вырвалось у меня изо рта, зная, что это не то, что сказал бы байкер. Черт возьми.

— Не теряй мягкости, — сказал Ренни, словно почувствовав мои мысли. — Ее легко уложить в форму, в которую все это, кажется, вписываются. Но не делай этого за счет того, кто ты есть. — С этими словами он повернулся и направился обратно к комплексу, оставив меня выдыхать так громко, что это можно было бы назвать вздохом.

Потому что в целом я была с ним согласна. Я не верила в то, что можно втиснуться в чужой образ. Но, как бы то ни было, это был не тот случай, когда у меня был выбор. Любыми необходимыми средствами мне нужно было интегрироваться. Мне нужно было стать одной из них.

Если я этого не сделаю, ну, как сказал Кей… я умру.

Сделав глубокий вдох, я крепко сжала фонарик и начала свой первый ночной обход, пройдя огромный забор по часовой стрелке.

Восемь с половиной невероятно долгих, невероятно скучных часов спустя, совершенно лишенная новых идей о том, как сменить мои обходы, Лось и Фокс, наконец, вышли из здания клуба, смеясь над чем-то, пока их глаза не остановились на мне.

— Ты дерьмово выглядишь, Мейз, — сообщил мне Лось.