Читаем Репетитор полностью

Д е м и д о в а. …Маятник называется точечным или математическим, если можно считать, что вся масса тела сосредоточена в одной точке. Пример? Ну, если взять тело, подвешенное на нерастяжимой нити, когда трение о воздух и в точке подвеса очень мало, а размеры тела малы по сравнению с длиной нити…

Г е н к а. …Анионы хлора перемещаются к отрицательному электроду… Нет? К положительному? Ну, значит, к положительному. Там, отдавая избыточную энергию, они окисляются. Я их, кстати, очень понимаю: со мной то же самое делается!

Смех. Входит  С в е т л а н а  М и х а й л о в н а, переворачивает доску, и мы читаем на ней темы для сочинения:

1. Образ Катерины в оценке Добролюбова.

2. Базаров и Рахметов.

3. Мое представление о счастье.

Ребята призадумались, кто-то свистнул тихонько.

С в е т л а н а  М и х а й л о в н а. Ну в чем дело? К первым двум темам вы готовы должны быть, а третья — почти по заказу Сыромятникова! Я тут слышала за дверью: наслаждения ему понадобились… Вот я иду навстречу пожеланиям. Шучу, конечно: тема не имеет с этим ничего общего, она серьезная, мировоззренческая, и я даже не всякому посоветую ее брать. Сыромятникову тому же — не советую! Вопросы есть?

О г а р ы ш е в а. А эпиграф к «счастью» — обязательно?

С в е т л а н а  М и х а й л о в н а. Желательно.

Г е н к а. А если я возьму: «На свете счастья нет, но есть покой и воля»?

С в е т л а н а  М и х а й л о в н а. А ты подумай еще, поройся в памяти. Только увидел тему — и сразу «счастья нет»! Отрицать проще всего.

Г е н к а. Что, Пушкин сгоряча написал?

С в е т л а н а  М и х а й л о в н а. Да он потому написал, что вокруг были Бенкендорф, Дантес, цензура, клеветники… А лучшие друзья — в Сибири. Нет-нет, ты за Пушкина не прячься. Новое время — новые песни. Что тебе, Сыромятников?

С ы р о м я т н и к о в. А выйти можно?

С в е т л а н а  М и х а й л о в н а. О господи… На две минуты, не больше! Надо же… слово он знает какое — «наслаждение»!.. Скажи мне лучше, почему ты не в ПТУ?

Сыромятников комически развел руками и вышел. Уходя, он передвинул доску, отгородив от нас класс.

В школьном буфете  М е л ь н и к о в  пил кефир (одной этой бутылки достаточно, чтобы обозначить буфет). Подошла  Н а т а л ь я  С е р г е е в н а.

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Если я полстаканчика попрошу у вас? Отпускают только бутылками, это мне много…

Мельников молча поделился.

Спасибо, все, все! Что с вами? У вас такое лицо…

М е л ь н и к о в. Какое?

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Чужое.

М е л ь н и к о в (язвительно). Это для конспирации!

Пьют кефир.

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Смешно об этом думать, конечно… но та ворона могла бы жить и жить… Они чуть ли не двести лет живут в среднем!

М е л ь н и к о в. А вы про белых ворон не узнавали? Эти — наверняка меньше… Ну, а сколько живет школьный учитель? В среднем?

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Ну вот! Я ерунду болтаю, чтоб вы отключились, развеялись… а вы — сразу в дебри такие…

М е л ь н и к о в. Кефир у вас на щеке. И даже на переносице.

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Фу-ты… платок в сумке, сумка — в учительской.

М е л ь н и к о в (неожиданно резко). Антонина! Бумажные салфетки появятся когда-нибудь? После еды дети берутся жирными лапами за тетради и книги!

Г о л о с  б у ф е т ч и ц ы. Чего-чего? Я, Илья Семенович, бумажным комбинатом не заведую, — это вы там кричите. И ничего такого жирного в ассортименте я не держу… Пирожки эти? А вы их пробовали?

М е л ь н и к о в (рассмеялся). Самое прелестное — что все правы вокруг! Поговорите с Пиночетом — и откроется, что он невинен, что сердце у него нежное, что с гражданами он строг только для их же пользы…

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Никак не привыкну к этим вашим… перескокам.

Потом они оба стояли у двери 9-го «В». Наташа подсмотрела темы на доске.

«Мое представление о счастье»… Надо же!

М е л ь н и к о в. Пустозвонство. И под это у меня отобрали урок.

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Вам жалко?

М е л ь н и к о в. Что? Жалко, да. Что не два.

Пауза.

Н а т а л ь я  С е р г е е в н а. Нам она таких тем не давала, мы писали все больше про «типичных представителей»… Не понимаю, как это им удается объяснить — счастье! Все равно что прикнопить к стене солнечный зайчик…

М е л ь н и к о в. Никаких зайчиков, Наталья Сергеевна. Все напишут, что счастье в труде.