Читаем Ренессанс полностью

Акробатика — 63 %

Гибкость — 45 %

Саперное дело — 94 %

Взрывчатка — 62%

Ловушки — 71 %

Оптические прицельные приспособления — 95%

Цифровые прицельные приспособления — 99 %

Перевязка ран в полевых условиях — 27 %

Быстрая перезарядка ручного автоматического оружия — 83%

Тихое передвижение — 78%

Поиск тайников — 32%

Механический взлом замков — 47 %

Регенерация — 56%

Торговля — 35%

Пытки — 32%

Вивисекция — 32%

Допрос — 32 %

Запугивание — 32 %

Нанесение увечий — 43%

Профессии: Скурфайфер (Профессия заблокирована)

Достижения:

Мученик — Вы осознанно преступили закон, осознавая, что за Ваши поступки Вас будут ненавидеть. Но сделали это ради тех, кто теперь, возможно, Вас ненавидит. Достижение дает право Сердцу по своему усмотрению раскрыть истинную информацию о Вас.

Кровавый командир — по Вашему приказу было окончательно уничтожено больше миллиарда людей. Многие знают, что у вас не было другого выбора, но большинство считает вас маньяком. Достижение нельзя убрать/скрыть.

Шаг за грань — Вы заглянули в лицо самой Смерти. Кто Вы? Везунчик или Неудачник? Ведь не только Вы заглянули в глаза Смерти, но и она заглянула в Ваши.

Палач — нет тех, кто молчит при любых условиях, их просто плохо спрашивают. Вы доказали, что при необходимости можете разговорить любого.

Отец андроида — Вы тот, кто возродил первого представителя расы андроидов за долгое время. Будьте осторожны, не каждому понравится то, что вы сделали.

Награды:

Нагрудный знак «Воля к жизни» — треугольный знак с изображенной на нем рукой, сжимающей в кулаке окровавленное сердце. Каждый настоящий воин, увидев этот нагрудный знак, будет с уважением к Вам относиться за ваше стремление выжить. Ведь главный приказ — это выжить, чтобы выполнить остальные приказы.

Значки классификации: [Развернуть]

Убито владельцев нейросетей:

Преступников: 184

Опасных для общества личностей: 347

По лицензии — 217

Гражданских — 14 897 438 127

Личный счет: 29 325 485 кр

Почти пятнадцать, мать его, миллиардов гражданских… Да я не кровавый командир, а самый настоящий создатель геноцида! Зато теперь точно знаю, что только часть людей была слепками, еще в два раза больше населения, разбросанного по планетам, просто неписи. Вот если бы информация разблокировалась до того, как Сердце меня оповестил, что у него есть резервные копии, сомневаюсь, что смог бы выдержать столько скелетов в своем шкафу. Не уверен насчет суицида, но спился бы точно.

Еще достаточно интересная информация появилась на полностью закрытых навыках, где я специализацию уже взял, раньше приписки в скобках не было. Но теперь понятно, как навыки работают: если даже у меня рука дрогнет перед выстрелом, пикониты своевременно отредактируют положение руки, чтобы выстрел не ушел за погрешность стрельбы. Если, к примеру, у ствола по заводским характеристика разлет пули — половина угловой минуты, то пикониты не дадут выйти из этого круга. Ну а дальше все зависит от того, насколько я правильно взял упреждение и будет ли цель находиться там, где мне надо или нет. В любом случае по неподвижной цели я точно попаду.

Мои размышления прервало легкое гудение, и едва я успел вскинуть пистолет, как передо мной появился боец и, заметив меня, рефлекторно сделал жест «Не стреляйте». Убедившись, что я опустил пистолет, доложил:

— Младший сержант контрактной службы скурфайферов Литвиненко. Подкрепление прибыло, сейчас телепортируется командир.

Вот только когда боец отошел с транспортного кольца, с легким гудением и небольшой вспышкой появилась кошка-монстр, а точнее «Шитаку» — один из самых опасных видов, обитающих на минусовом уровне. Я чуть с перепугу не шмальнул по ней. Хорошо, что успел взять себя в руки, видя спокойствие бойца. Одна за другой, пять штук появились из телепорта, и как только они убеждались, что вокруг безопасно, подходили и начинали тереться мне о ноги. А я уже прекрасно знал, кого я увижу следующим.

— Привет, Раста! — поприветствовал я хозяина кошек, как только он появился из телепорта.

— А я-то думаю, чего тут так удовольствием фонит, а малыши, оказывается, тебя помнят.

— Фууух, — выдохнул Литвиненко, — а я уже думал, что у кошек крыша поехала, никогда не видел, чтобы они так себя вели.