РЕНЭ ГЕРРА. АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ

Шагал дарил ему рисунки, Кшесинская поила чаем, Одоевцева посвящала стихи. Он дружил с доброй сотней русских художников и литераторов первой волны эмиграции – писал о них, издавал, сватал и, как это ни печально, провожал в последний путь. Профессор-славист Ренэ Герра хранит бесценные архивы, обширную художественную коллекцию и… память о знаменитых изгнанниках.

–Перекрестив меня, Ирина Одоевцева сказала: – По гроб жизни благодарна за то, что вы для меня сделали. Ирина Владимировна не отличалась набожностью – когда благословила, я был ошарашен. И заплакал. Что я мог ответить? – Всегда буду признателен за ваше внимание и любовь. Дай бог, чтобы все сложилось благополучно. Мы оба знали, что видимся в последний раз. Это было в 1987 году, накануне ее отъезда в Советский Союз. Перестройка. Еще неясно, чем все обернется и что станет со страной. Одоевцева принимала меня в спальне, полулежа, в квартире, которая до сталась ей от последнего, третьего мужа Якова Горбова, в пятнадцатом округе Парижа. Она сломала шейку бедра и несмотря на две операции, не могла ходить до последних дней. Но голова оставалась светлой. Я не отговаривал ее уезжать, только спросил: – Зачем?