Неожиданно руки Рекрута оказались свободными, на запястьях болтались лишь обрывки веревки. Глаза его бешено горели, грудь ходила ходуном от ярости и ненависти. Вадим сделал короткий удар рукой, даже не удар, а молниеносный выпад согнутой рукой в область паха Прыщавого, вцепившись, словно клешней, в ширинку, и резко рванул вверх. Кровь брызнула между ног Прыщавого, раздался безумный вопль. Присутствующие замерли.

В руках Рекрута трепыхалось оторванное кровавое месиво.

— Я предупреждал не трогать девушку! — загробным голосом выдавил из себя гость.

Воцарилась мертвая тишина, которая должна была вот-вот разорваться нечеловеческим воплем. Видавшие виды бандиты были поражены жестокостью залетного. Они испуганно таращили глаза и побольше набирали в грудь воздуха.

Даже Прыщавый еще толком не понял, что произошло, от нечеловеческой боли он не мог не то что пошевелиться, а даже вздохнуть. Однако эта сцена продолжалась всего несколько секунд. Оглушительный вопль потряс присутствующих, и от этого адского крика души закоренелых убийц содрогнулись. Прыщавый евнух упал, как подкошенный и, сотрясая воздух диким криком, стал грызть пол.

Рекрут сделал шаг вперед и небрежно шлепнул окровавленное месиво в изумленное с открытым ртом лицо бородатого.

— Вместо кассеты… — небрежно бросил Вихрев и, больше не сдерживая своих чувств, отпустил свои «тормоза».

Особняк заходил ходуном… Опомнившиеся хозяева с налитыми кровью глазами бросились на гостя, в ход пошли финки и огнестрельное оружие. Добрая половина бандитов уже корчилась в судорогах и конвульсиях на полу. Лом и Косой «гасили» остатки славного похотливого войска, рассчитываясь за Миху и за поруганную воровскую честь…

* * *

Машина рванула вперед. Большой особняк, потрясая окрестности громкими взрывами, ярко пылал. На фоне огненных сполохвов метались фигуры хозяев, пытавшихся спастись от огня.

На заднем сиденье машины съежившись сидела Вероника и тихим голосом просила: «Дяденьки, не надо…»

— В больницу, — приказал Вадим.

* * *

Вадим старался сосредоточиться, но это ему плохо удавалось. После всего того, что случилось с Вероникой, Вихрев никак не мог прийти в себя. Он казнил себя за то, что стал причиной несчастья бедной девушки. Конечно, можно было бы найти десятки причин, чтобы оправдаться в своих глазах, в принципе, его вины здесь и не было или, скажем, почти не было, ведь он все сделал для того, чтобы Вероника была в безопасности, но девушка ослушалась его приказа…

Вадим тяжело и горестно вздохнул при слове «приказ». Что она — солдафон или рекрут, как он, чтобы выполнять приказы? Она обычный гражданский человек, со своими заморочками и понятиями о жизни. В конце концов, Вероника еще дитя! И Вадим должен был предположить, что такая ситуация вполне возможна!

На душе было невыносимо тяжело… Опять же, эта нелепая смерть Петухова. И повинен в ней тоже Вадим! Однако поддаваться унынию Рекрут не имел права! То, что случилось, уже не исправишь. Главное — узнать, где Сашка Буров. Вадим был теперь почти уверен, что ответ на вопрос, где Бур, знает только Барон!

Значит, нужно искать этого Барона, а возможно, и не только его. Вихрев был уверен, что Барон — несомненно, фигура, но не самая главная. По своему опыту Рекрут знал, что истинные хозяева никогда не показываются, пока их не вынудят выйти из подполья.

Поэтому Вадим и послал в Москву запрос-факс Тимохину, чтобы тот помог как-то прояснить ситуацию. Его интересовали странный лысый мужичок на «Запорожце», областная верхушка да кое-что еще. Ответ должен был прийти на имя Ломова, и Вадим ждал новостей с нетерпением.

Веронику отвезли в больницу, и теперь нужно сосредоточиться на поиске Сашки Бурова. Вадим уже знал, как выйти на людей, охотившихся за фотопленкой. Все говорили о каком-то милиционере по кличке Крыса, но где и как его искать, никто толком не сказал. Однако Вадим не отчаивался, зная, через кого можно добраться до продажного мента — через его же подручного, лейтенанта Глотова.

Кроме того, нужно было бы заняться бомжами в подземных тоннелях, с которыми встречался Лом, и выяснить, наконец, что в этих подвалах. Еще надо встретиться с Ириной Купченко и глянуть на фотографии, а также переговорить с Андреем Котовым, потому что в одиночку ему не справиться с Бароном и Крысой…

Вадим на секунду задумался. Было бы просто здорово, если бы его предположения оправдались, тогда к делу можно было бы подключить и Клима — местного авторитета, у которого были свои счеты с некоторыми актерами в этом спектакле.

Глава 11