Читаем Река моя Ангара полностью

А я, уже в сухом и теплом, смотрел на Бориса с Марфой и думал: до чего же все может меняться в жизни! Марфа — разве теперь узнаешь ее? А Борис? Тот ли это Борис, каким был он всего каких-то десять месяцев назад? Да, наверное, и я мало похож на того, кем был.

И все это сделала, если разобраться, река, на которую мы приехали, холодная и быстрая река.

Я понял: главное, что нужно человеку в жизни, — это мужество. Оно нужно всем. Даже официантке в столовой и бухгалтеру в управлении, чтоб работать хорошо и честно, так, чтоб тебя любили. И чтоб понять эту простую и ясную истину, надо было приехать сюда, в эту непомерную даль, и все это увидеть, услышать, почувствовать.

Глянув случайно на тумбочку, я вдруг вспомнил о Колькином письме. Достав двойной лист бумаги в клеточку, я окунул в чернильницу перо и стал писать. Я описывал все, что видел и слышал за последний месяц, и даже звал его сюда — посмотреть на тайгу и сопки. «А река моя Ангара такая быстрая и красивая…» — бежало по бумаге перо. И вдруг я смутился и вычеркнул «моя». Можно подумать, что я родился и вырос здесь и считаю себя коренным сибиряком, выдумал — «моя»! Ничуть она не моя. Какой хвастун!

Я вычеркнул всю строчку, и вычеркнул так густо, что ничего нельзя было прочесть. Потом отложил письмо, вспомнил все, что было, поморщил лоб, махнул рукой и заново, уже твердо и бесповоротно написал: «А река моя Ангара…»