Читаем Рейган полностью

Центральным моментом выступления были слова о том, что будет представлять собой Америка через 100 лет, точнее, как американцы того далекого времени отнесутся к своим предкам. Имея в виду одобренную съездом партийную платформу, которую Форд в случае победы на выборах должен был выполнять, Рейган поведал о людях конца XXI века. Им предстояло повторять: «Мы благодарим Господа за тех людей в 1976 году, которые предотвратили потерю нами свободы; кто сохранял эту свободу на протяжении следующих ста лет; кто уберег наш мир от ядерного разрушения». Оратор продолжал: «Сохранят ли американцы [через столетие] свои свободы, зависит от нас, от того, что мы делаем».

Мало кто заметил тогда, что в этом кратком выступлении Рейган в общей оценке международного положения и перспектив внешней политики своей страны перешел от лозунга разрушения противостоящей системы к выражению тревоги по поводу угрозы ядерного разрушения. Никто не мог предположить, что этот тезис станет одним из ключевых в международной деятельности будущего президента Соединенных Штатов.

На следующий день Рейган объявил о прекращении работы его штаба, размещенного в отеле «Аламеда плаза», поблагодарил своих советников и сотрудников. Некоторые из них с крайней неохотой расставались с рекламными футболками, на которых красовался портрет Рейгана или была его фамилия. Они плакали, полагая, что их шеф навсегда прощается с политикой. Рональд, однако, развеял их сомнения, заявив: «Мы проиграли, но дело, наше дело продолжается». И затем произнес четыре строки из старой английской баллады (ее автор неизвестен, она считается народной, хотя некоторые приписывают ее авторство британскому поэту XVII века Джону Драйдену). Рейган помнил эту балладу с детства:

Поражение на республиканском съезде оказалось, как это ни парадоксально звучит, исключительной удачей для Рейгана с точки зрения последующего хода событий. В 1976 году в результате уотергейтского скандала, помилования Никсона, фактического поражения США во вьетнамской войне Республиканская партия потеряла доверие. За месяцы до ноябрьских выборов 1976 года подавляющее большинство наблюдателей предрекало ей поражение в борьбе за пост президента независимо от того, какого кандидата она выдвинет. Положение не изменилось и после партийных съездов.

Правда, Демократическая партия выдвинула своим кандидатом в президенты Джимми Картера — человека почти неизвестного в национальном масштабе. Перед этим он был членом сената штата Джорджия и последние четыре года (1971–1975) являлся губернатором этого штата. Картер занимал средние, примирительные позиции между либеральными демократами Севера и так называемыми диксикратами — консерваторами Юга. В Демократической партии были деятели значительно более известные, чем Картер, отличавшиеся несравненно более яркими публикациями и выступлениями. Однако все они или непосредственно принадлежали к вашингтонскому истеблишменту, или были с ним тесно связаны. Недоверие к столичной бюрократии перекинулось от республиканцев к демократам. Это и привело к тому, что большинство участников съезда поддержали Картера, выглядевшего как «серая мышка».

Ко времени съезда, состоявшегося в Нью-Йорке 12–15 июля 1976 года, в Демократической партии возникло движение «АВС», которое расшифровывалось как «Anybody but Carter» («Кто угодно, кроме Картера»). Но участвовали в нем только северные либералы, возникло движение слишком поздно, чтобы охватить всю страну, и протестовало против Картера только на том основании, что он представлял один из южных штатов. Повести съезд за собой это движение оказалось не в силах.

Хотя демократы и выдвинули на высокий государственный пост второстепенную фигуру, ей благоприятствовал весь комплекс предыдущих событий. За недели перед выборами Форд и его команда оказались не в состоянии изменить ситуацию в свою пользу несмотря на то, что проводили свою кампанию несравненно более энергично, чем Картер. На протяжении последних двух месяцев перед выборами (они состоялись 2 ноября) Демократическая партия, прежде всего по вине пассивного Картера и его аппарата, неуклонно теряла тот огромный перевес в опросах общественного мнения, который первоначально существовал. Выборы дали почти ничейный результат. За Картера подали голоса 50,1 процента избирателей (он получил 297 выборщиков), за Форда — 48 процентов (249 выборщиков). Около двух процентов голосовали за других кандидатов. В числе прочих оказался и Рейган, которого вписывали в бюллетени в родной Калифорнии.