Читаем Рейган полностью

В то же время внешнеполитический курс группы Горбачева, в которую входили А. Н. Яковлев, Э. А. Шеварднадзе, В. А. Медведев и некоторые другие деятели (сравнительно недолгое время в эту команду входил и Б. Н. Ельцин), был направлен на полный отказ от холодной войны, на достижение реальных договоренностей с Соединенными Штатами и их союзниками по основным вопросам мирового развития. После определенных колебаний команда Горбачева отказалась и от диктата по отношению к руководству стран Восточной Европы, последствием чего стали быстрый распад советского блока государств и крах военно-политической Организации Варшавского договора.

Рональд Рейган оказался весьма чуток к тем сигналам, которые поступали к нему из Москвы, и к той информации, которую сообщала ему американская разведывательная служба. В июне 1985 года он получил доклад ЦРУ о первых ста днях пребывания Горбачева на посту генерального секретаря ЦК КПСС[555]. Доклад начинался оптимистически: «За первые 100 дней своего правления Горбачев проявил себя как наиболее агрессивный и решительный советский лидер со времен Хрущева. Он продемонстрировал готовность идти на противоречивые и даже непопулярные меры, в частности, по антиалкогольной кампании или отказу от прежней практики не критиковать действия своих коллег на заседаниях Политбюро». Эти общие положения иллюстрировались примерами. А далее было сказано: «Горбачев уже проявил значительную активность в области внешней политики… Следует в ближайшем будущем ожидать существенного усиления его личной роли в дипломатических усилиях СССР».

Доклад многократно обсуждался с советниками и помощниками и сыграл определенную роль в оценке Рейганом перспектив развития отношений с СССР. Содержавшиеся в нем оценки подтверждались и последующими данными, которые предоставляла Рейгану разведка[556].

Достижения администрации Рейгана, однако, не исключали и сугубо ошибочных решений. В некоторых же случаях действовало старинное правило: наши недостатки являются продолжением наших достоинств. Касалось это как внутренних, так и международных дел.

Пренебрежительно отзываясь о вашингтонских и прочих бюрократах, настаивая на сокращении сферы государственного регулирования, президент иногда пренебрегал вопросами чиновничьей этики, не обращал внимания на то, что его подчиненные в ряде случаев злоупотребляли властью, причем подчас в интересах собственной выгоды.

Такого рода казусы возникали в тех областях, в которых совершался переход от жесткого государственного регулирования к более или менее свободному предпринимательству. В отдельных случаях крайне отрицательные последствия принятого решения наблюдались не сразу, имели отложенный результат.

Пожалуй, наиболее ярким примером такого ошибочного решения, полностью вписывавшегося, однако, в «дерегуляционную» стратегию Рейгана, был закон 1982 года о депозитарных учреждениях, принятый еще во время первого президентства, но сыгравший во всей полноте свою негативную роль после 1985 года. Этот закон, проект которого был разработан советниками Рейгана и одобрен им, имел длинное название и весьма сложное, запутанное содержание. Однако, если пренебречь мудреными финансово-юридическими формулировками, которые, скорее всего, не были понятны большинству конгрессменов, сущность предложения состояла в том, чтобы резко сократить, а по существу дела, отменить государственное вмешательство в дела частных финансовых учреждений в той части, которая связана с предоставлением займов на строительство жилых домов.

Учитывая конкуренцию, соперничество между крупными банками, возможность появления в результате «дерегуляции» новых рискованных финансовых институтов, проект в то же время брал под защиту заемщиков, предоставляя им гарантии материальной безопасности со стороны федерального правительства.

Администрация президента договорилась о внесении законопроекта на двухпартийной основе членами палаты представителей демократом Фернандом Сент-Джерменом из штата Род-Айленд и сенатором-республиканцем Джейком Гарном из штата Юта. Хотя в обеих палатах высказывались опасения, что злоупотребления со стороны местных банков, освобожденных от государственного контроля, могут поставить под угрозу государственные финансы, закон Гарна — Сент-Джермена был принят подавляющим большинством голосов в обеих палатах 15 октября 1982 года. Подписывая закон, Рейган выразил не только удовлетворение, но и недовольство, что дерегуляционные мероприятия не распространены на другие области финансовой деятельности. На торжественной церемонии в Розовом саду Белого дома (в такой обстановке подписывались только самые важные законодательные акты, к которым этот закон явно не относился) президент заявил: «Я вполне одобряю эту инициативу и в то же время надеюсь, что Конгресс рассмотрит другие предложения по более разносторонней дерегуляции, которые предлагает администрация»[557].