– Так и представьте – Павлов Артемий Андреевич, адвокат городской Коллегии адвокатов, – сказал Артем, и блондинка по селекторной связи сообщила о визитере.

– Проходите, – спустя несколько секунд сказала она, немного растерянно глядя, как Павлов решительно прошел в кабинет.

– Приветствую, приветствую, – радушно встретил его крупный мужчина лет шестидесяти. Он вышел из-за массивного стола, такого же медведеподобного, как и он сам, и крепко пожал Артему руку. Его ладонь была похожа на толстую шершавую доску, и адвокат с трудом выдержал этот приветственный жест.

– А вы крепкий, – удивился Григорий Дмитриевич. – Молодец, не каждый мою лапу выдерживает. Садись, Артемий Андреевич. Можно на «ты»?

– Конечно. Григорий Дмитриевич, не хотел отнимать у тебя время, – начал Артем, но директор махнул рукой:

– Ерунда. Не каждый день ко мне такие люди заходят. Оставишь внучке автограф-то? У меня все твои методички по юриспруденции на отдельной полочке стоят! – похвастался Ануфриев.

– Обязательно, – пообещал Павлов, и директор протянул адвокату юридическое пособие по хозяйственным спорам. Артем машинально расписался и снова открыл рот, чтобы наконец-то сказать о цели своего визита, но Ануфриев опять опередил его:

– Это даже хорошо, что ты приехал. Я ведь последнюю неделю тут. Передаю свое дело. Так-то. Седьмой десяток разменял, хватит уже. Молодым нужно тоже расти, Артемий. А я дачей вплотную займусь.

После последней фразы в голове Павлова что-то перевернулось. Он не отрывал глаз от пожилого, но еще в хорошей форме директора, а в мозгу вихрем кружился водоворот мыслей, и внутренний голос твердил ему, что что-то здесь не так… Не так…

– Чайку будешь? Мне недавно хороший привезли из Таиланда, – пробасил директор.

– Нет, благодарю, – отказался Павлов. Перед глазами мелькнули документы, которые показывал Дрозд, и Артем на долю секунды прикрыл глаза, напрягая память.

– Что с тобой? – с тревогой спросил Ануфриев.

– Все нормально, – Павлов открыл глаза и натянуто улыбнулся.

«Справка. Справка о получении кредита, и представитель ОПК «ЛУЧ», – вертелась у него мысль, – Ануфриев… Григорий Дмитриевич… 1964 года рождения…»

– Может, чего покрепче желаешь? Ты не за рулем?

– Как-нибудь в другой раз, – вежливо отказался Артем и вздохнул. – Григорий Дмитриевич, прошу прощения, тебе известен банк «Сатурн»?

– Это который на целевом кредите подпалился, что ли? – закряхтел Ануфриев. – Только то, что пишет пресса. А что?

– Ваша компания, случаем, не оформляла кредит у этого банка? – задал вопрос Павлов, хотя был уверен, что ответ ему известен заранее.

– Да ты что? – изумился директор. Он подобрался, выпрямив спину. – Нет, на моей памяти мы никогда не сотрудничали с «Сатурном». Нашу компанию обслуживают другие банки; если интересно, я позову финансистов, они…

– Ничего не нужно, – сказал Артем, мягко перебив собеседника. Он уже все понял. Адвокат встал и пожал ошеломленному мужчине руку: – Ты меня очень выручил, Григорий Дмитриевич. Еще раз извини за беспокойство.

– Что, ты уже уходишь? Артем! Может, все-таки коньячку? – торопливо заговорил директор; ему показалось, что он чем-то обидел адвоката.

Павлов обернулся уже в дверях.

– Кто-то прикрылся твоим именем, Григорий Дмитриевич. Деньги, которые должны пройти через банк «Сатурн», в конечном итоге планировались к выдаче ОАО «ОПК «ЛУЧ». И генерального директора там тоже зовут, как тебя. Вот только этот директор моложе тебя лет на двадцать. И куда поступили эти деньги – будем разбираться.

Он вышел, а Григорий Дмитриевич остался сидеть с открытым ртом.

Дублер

– И что мне теперь с этим делать? – в третий раз спрашивал в растерянности Коренко. Он держал перед собой многочисленные ходатайства адвоката вдовы Ракитина и с надеждой смотрел на Дрозда. – А, Геннадий Яковлевич?

– Что «Геннадий Яковлевич»?! – крикнул в ответ Дрозд и со злостью стукнул кулаком по столу так, что задрожал монитор. – Что, совсем ни черта без меня сделать не можете?! Разве с этой Сальской были какие-то проблемы? Трахни ее, Миша, в конце концов! Конфет подари, спинку почеши, мне ли тебе объяснять эти прописные истины?!

– Но ведь это не Сальская! – тоже не выдержал Коренко. Он без конца поправлял очки, отчего у него на переносице появилось покраснение. – Это какой-то Еремин, принесло его на нашу голову! И он из адвокатской конторы Павлова. Того самого! Сказал, что прессу подключит, если я не приму ходатайство…

Геннадий Яковлевич замер.

– Откуда Павлов узнал про Сальскую? – тупо произнес он. – И когда он успел уговорить Ракитину расторгнуть с ней соглашение?! У него что, тарелочка с волшебным яблочком, которое все показывает?

У Дрозда был такой вид, что Коренко на всякий случай сделал шаг назад. Впрочем, он напрасно волновался за шефа – буквально через полминуты на его одутловатом лице появилось благодушное выражение, и никто бы не поверил, что только сейчас этот человек напоминал вулкан, извергающий лаву.