Читаем Реформация полностью

Вероятно, в 1387 году он начал «Кентерберийские рассказы». Это был блестящий замысел: присоединиться к разношерстной компании англичан в трактире «Табард» в Саутварке (где Чосер сам опустошил не один танкер эля), отправиться с ними в отпускное паломничество к святилищу Бекета в Кентербери и вложить в их уста сказки и мысли, которые собирались в голове странствующего поэта на протяжении полувека. Подобные приемы сшивания историй воедино использовались уже много раз, но этот был лучшим из всех. Боккаччо собрал для своего «Декамерона» только один класс мужчин и женщин; он не выделил их как разнообразные личности; Чосер же создал множество персонажей, настолько разнородных и реальных, что они кажутся более правдивыми для английской жизни, чем набитые фигуры истории. Они живут и буквально двигаются, они любят и ненавидят, смеются и плачут; и пока они бегут по дороге, мы слышим не только истории, которые они рассказывают, но и их собственные проблемы, ссоры и философию.

Кто будет возражать против того, чтобы еще раз процитировать эти по-весеннему свежие начальные строки?

Когда апрель с его стругами потекПо Марке,омыв все вены в сизом ликере,Из которого верность извлекает муку,Когда Зефир со своими братьямивдохновенно Вдохновлял в каждом холте и хетеНежные кропы, и сын йонгаВ раме своей полкурса й-ронн,И мелкие птицы делают мелодии,Что спят всю ночь с открытым йе;…Чем дольше люди ходят в паломничества…К женщинам-холуям, кутящим в сондри-лондах…В Саутверке в Табарде, когда я лежал,собираясь отправиться в паломничествов Кентербери с полным благочестием,ночью в тот хостел вошлотысяч двадцать человек,из числа сондрийцев, приключенцевв фелавшипе, и паломниками были все они,что к Кентербери направлялись.*

Затем, один за другим, Чосер представляет их в причудливых зарисовках своего несравненного Пролога:

Был он рыцарь и достойный человек,С тех пор, как он впервыевышел в свет, Он любил рыцарство,рыцарство и честь, рыцарство и искусство….В смертных баталиях был он пятидесяти,И сражался за наш подвиг в Трамиссене…..И хотя он был достойным, он был в силе,И в порту он был так же мягок, как и майда.Он никогда не совершал никаких гнусных поступковво всей своей жизни, ни в одном человеке;он был очень добрым и благородным человеком.

И сын рыцаря:

…юный сквайр,любвеобильный и похотливый любовник…..Так любил он, что по ночам [счет ночей]Он спал крепче, чем соловей.

И старшина, чтобы прислуживать рыцарю и сквайру, и очаровательная настоятельница:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Палеолит СССР
Палеолит СССР

Том освещает огромный фактический материал по древнейшему периоду истории нашей Родины — древнекаменному веку. Он охватывает сотни тысяч лет, от начала четвертичного периода до начала геологической современности и представлен тысячами разнообразных памятников материальной культуры и искусства. Для датировки и интерпретации памятников широко применяются данные смежных наук — геологии, палеогеографии, антропологии, используются методы абсолютного датирования. Столь подробное, практически полное, обобщение на современном уровне знания материалов по древнекаменному веку СССР, их интерпретация и историческое осмысление предпринимаются впервые. Работа подводит итог всем предшествующим исследованиям и определяет направления развития науки.

Александр Николаевич Рогачёв , Зоя Александровна Абрамова , Павел Иосифович Борисковский , Николай Оттович Бадер , Борис Александрович Рыбаков

История