По всему латинскому христианству люди взывали к «реформе Церкви в главе и членах». Такие страстные итальянцы, как Арнольд из Брешии, Иоахим из Флоры и Савонарола из Флоренции, выступали против церковных злоупотреблений, не переставая быть католиками, но двое из них были сожжены на костре. Тем не менее, добрые христиане продолжали надеяться, что реформа может быть осуществлена верными сынами Церкви. Гуманисты, такие как Эразм, Коле, Мор и Буде, боялись открытого разрыва; было достаточно того, что греческая церковь решительно отделялась от римской; любое дальнейшее разрывание «бесшовного одеяния Христа» угрожало выживанию самого христианства. Церковь неоднократно, и часто искренне, пыталась очистить свои ряды и суды, а также принять финансовую этику, превосходящую светскую мораль того времени. Монастыри снова и снова пытались восстановить свои строгие правила, но человеческая конституция переписала все конституции. Соборы пытались реформировать Церковь, но были побеждены папами; папы пытались, но были побеждены кардиналами и бюрократией курии. Сам Лев X в 1516 году оплакивал полную неэффективность этих попыток.69 Просвещенные церковники, такие как Николай Кусский, добились местных реформ, но даже они были преходящими. Обличения недостатков Церкви, как со стороны ее врагов, так и со стороны ее почитателей, будоражили школы, волновали кафедры, наводняли литературу, день за днем, год за годом накапливались в памяти и негодовании людей, пока плотина благоговения и традиции не прорвалась, и Европу охватила религиозная революция, более масштабная и глубокая, чем все политические преобразования нового времени.

ГЛАВА II. Англия: Виклиф, Чосер и Великое восстание 1308–1400

I. ПРАВИТЕЛЬСТВО

2 5 февраля 1308 года Эдуард II, шестой король из дома Плантагенетов, во время торжественной коронации перед иерархией и дворянством, собравшимися в Вестминстерском аббатстве, принес клятву, которую Англия с гордостью требует от всех своих государей:

Архиепископ Кентерберийский: Сир, даруете ли вы и сохраните ли, и подтвердите ли своей клятвой народу Англии законы и обычаи, дарованные ему древними королями Англии, вашими праведными и благочестивыми предшественниками, и особенно законы, обычаи и привилегии, дарованные духовенству и народу славным королем святым Эдуардом, вашим предшественником?

Король: Я дарую их и обещаю.

Архиепископ: Сир, сохранишь ли ты к Богу и Святой Церкви, к духовенству и народу мир и согласие в Боге, всецело, после твоей власти?

Король: Я сохраню их.

Архиепископ: Сир, сделаете ли вы так, чтобы во всех ваших судах совершалась равная и правильная справедливость и благоразумие, милосердие и истина, в соответствии с вашей властью?

Я так и сделаю.

Архиепископ: Сир, согласны ли вы придерживаться и соблюдать законы и праведные обычаи, которые изберет община вашего королевства, и будете ли вы защищать и укреплять их к чести Божьей, насколько хватит ваших сил?

Король: Я дарую и обещаю.1

Поклявшись в этом и должным образом помазавшись и освятившись святыми маслами, Эдуард II передал управление страной в коррумпированные и некомпетентные руки и посвятил себя легкомысленной жизни с Пирсом Гавестоном, своим Ганимедом. Бароны восстали, поймали и убили Гавестона (1312) и подчинили Эдуарда и Англию своей феодальной олигархии. Вернувшись с позором после поражения от шотландцев при Бэннокберне (1314), Эдуард уединился с новой любовью, Хью ле Деспенсером III. Заговор его брошенной жены, Изабеллы Французской, и ее любовника, Роджера де Мортимера, низложил его (1326); он был убит в замке Беркли агентом Мортимера (1327), а его пятнадцатилетний сын был коронован как Эдуард III.