Читаем Рэдволл полностью

— Ну пожалуйста, Бэзил, расскажи, что тебе известно об Асмодеусе! Ведь Мафусаил посвятил поискам меча всю свою жизнь, и я должен найти меч хотя бы ради него.

Заяц задумчиво жевал хлеб с салатом.

— Ну что ж, если дело так повернулось, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе. Ведь тебе понадобится хороший знаток леса…

Матиас перебил зайца:

— Я должен найти меч сам. Расскажи мне все, что ты знаешь об аспиде по имени Асмодеус.

Бэзил откинулся на кровати и, сделав добрый глоток октябрьского эля, ответил:

— Честно говоря, приятель, толком я ничего не знаю об этом поганом змее. Я был уверен, что этот тип давно сдох.

Матиас застонал от разочарования, но Бэзил заговорил снова:

— Однако мне прекрасно известно, кто знает о нем почти все. Так вот, слушай: если ты пересечешь Лес Цветущих Мхов в северо-восточном направлении, то на опушке найдешь заброшенный дом. Там ты и найдешь того, кто тебе нужен. Огромного белого филина. Он летает между опушкой леса и старым карьером. Его зовут капитан Снег. Правда, имей в виду: как только он тебя увидит, он немедленно попытается тебя сожрать. Нападет — и слова сказать не успеешь.

— Но как же мне с ним поговорить? — спросил Матиас.

— Терпение, терпение, мой юный друг, — усмехнулся заяц. С этими словами он достал из шкафчика свою военную форму, усыпанную медалями и знаками отличий, их хватило бы по крайней мере на целую роту. Выбрав одну из медалей, он отстегнул ее от формы и бросил Матиасу:

— Лови! Это медаль, как видишь. Ею капитан Снег наградил меня за то, что я спас ему жизнь.

— Ты спас жизнь филину? — удивился Матиас.

— А что тут такого? — улыбнулся Бэзил. — Пернатый растяпа устроился спать на старом гнилом дереве. Но поднялся ветер и повалил дерево, и старика придавило. Если бы я случайно не оказался рядом, он бы, конечно, погиб, но я поднатужился и выдернул его из завала. Вылетел он из-под дерева, как пробка из бутылки. Воинская взаимовыручка, сам понимаешь. Не мог же я оставить его там, чтобы он совсем расплющился, — физиономия у него и без того плоская.

— Так что же, достаточно просто показать ему эту медаль? — спросил мышонок. Бэзила развеселила наивность его молодого друга.

— Да, вполне достаточно, но, если тебе не хочется достаться ему на обед, постарайся, чтобы он сначала увидел медаль, а уж потом тебя. Если так и выйдет — скажи старому ворчуну, что тебя послал заяц Бэзил Олень. Да, и вот еще что. Всегда обращайся к нему: капитан или сэр. Да, и не забудь принести медаль мне назад. Если на военной форме не хватает награды — это непорядок, сам понимаешь. Матиас внимательно осмотрел медаль. Это был серебряный крест, украшенный изображением филина с расправленными крыльями, на ленте белого шелка. Медаль, хотя и потертая, ярко сияла на солнце.

— Спасибо тебе, Бэзил, — сказал он. — Я постараюсь вернуть ее тебе. Что еще мне нужно знать?

— Прежде всего не забудь того, что я тебе уже сказал, старина. Этот капитан Снег, кстати говоря, охотится только по ночам. Днем он обычно спит на каком-нибудь дереве. Правда, один глаз у него всегда открыт. Попомни мое слово, парень, старик Снег видит все. Он знает всех зверей на своей территории — кто где живет, где их тропы — в общем, все во всех подробностях. Филинов не зря считают мудрыми. Хотя, как говорится, и на старуху бывает проруха, вот угодил же он под упавшее дерево. Держи с ним ухо востро. Если он увидит тебя спящим — сожрет вместе с медалью. Бэзил допил эль и сладко зевнул:

— А теперь лучшее, что ты можешь сделать, Матиас, — это поспать. Лично я после закуски чувствую себя совершенно обессиленным. Моя старая боевая рана снова дает себя знать. Надо хоть немного вздремнуть. — С этими словами Бэзил закрыл глаза и вскоре захрапел.

Матиас решил последовать его примеру. Засыпая, он думал о том, какой все-таки удивительный этот Бэзил Олень.

Матиас проснулся после полудня. Комнату заливал яркий свет летнего солнца. Рядом громко храпел Бэзил. Плечо еще болело, но Матиас чувствовал себя уже достаточно хорошо и готов был хоть сейчас отправиться в путь. Только бы его не застукали! Если аббат, Василика или кто-нибудь еще узнают о том, что он задумал, у него не останется ни малейшего шанса выскользнуть из аббатства. Они запрут его в лазарете надежно и надолго. Мышонок бесшумно встал, оделся и, связав свои сандалии тесемками, повесил их на шею. Взяв чистую наволочку, он затолкал в нее остатки еды. Кто-то заботливо положил его кинжал в тумбочку у кровати — его, наверное, нашли на полу Большого зала. Оглядевшись по сторонам, Матиас увидел длинную палку — ею, по всей видимости, пользовались для открывания окон и занавесок — и решил, что она может ему пригодиться.

Осторожно-преосторожно Матиас чуть приоткрыл дверь, но, увидев в коридоре аббата и брата Альфа, тут же захлопнул ее. Мышонок услышал голос брата Альфа:

— Я заглядывал к ним минут десять назад, отец настоятель. Спят, как белки зимой. Наверное, до самого вечера не проснутся.