(XI, 23) Коль скоро это так, взамен империя, взамен войска, взамен провинции, от которой я отказался, взамен триумфа и других знаков славы, отвергнутых мной из желания быть на страже благополучия Рима и вашего, взамен отношений клиентелы[974] и уз гостеприимства[975], которые я мог бы завязать в провинциях и которые я все же средствами, находящимися в моем распоряжении в Риме, оберегаю с таким же старанием, с каким их создаю, словом, взамен всего этого, в воздаяние за мое исключительное рвение, за мою всем вам ведомую бдительность, направленную на спасение государства, я ничего от вас не требую, кроме того, чтобы вы помнили об этом дне и обо всем моем консульстве; пока вы будете твердо хранить в своих сердцах память об этом, я буду считать себя за крепчайшей стеной; но если надежда меня обманет, а сила бесчестных людей восторжествует, то поручаю вам своего малолетнего сына; поистине, если вы будете помнить, что он — сын того, кто спас наше государство, подвергая опасности одного себя, то это не только охранит его от гибели, но и откроет ему путь к почестям. (24) Итак обдуманно и смело, как вы вели себя с самого начала, выносите постановление о самом существовании своем и римского народа, о своих женах и детях, об алтарях и домашних очагах, о святилищах и храмах, о домах и зданиях всего Рима, о нашей державе и свободе, о благополучии Италии, о государстве в целом. У вас есть консул, который без колебаний подчинится вашим постановлениям и, пока будет жив, сможет их защитить и сам за них постоять.

13. Речь в защиту Луция Лициния Мурены

[В суде, вторая половина ноября 63 г. до н. э.]

Луций Лициний Мурена происходил из плебейского рода; высшей магистратурой его предков была претура. Он начал военную службу в первую войну с Митридатом; затем был квестором вместе с Сервием Сульпицием Руфом, своим будущим обвинителем. Эдилитет его прошел незаметно. В 74 г. он участвовал в третьей войне с Митридатом как легат Луция Лукулла. В 65 г. он был городским претором, в 64 г. — пропретором в Трансальпийской Галлии. В 62 г. он выставил свою кандидатуру в консулы на 62 г. Его соперниками были Децим Юний Силан, Сервий Сульпиций Руф, известный законовед, и Луций Сергий Катилина.

В октябре 63 г. в консулы были избраны Силан и Мурена. Сульпиций привлек Мурену к суду за домогательство незаконными путями (crimen de ambitu; см. прим. 18 к речи 2) на основании Туллиева закона. Осуждение Мурены повлекло бы за собой кассацию его избрания. Суд происходил во второй половине ноября 63 г., когда Катилина уже покинул Рим, но еще до задержания послов аллоброгов (см. вводное примечание к речам 9—12). Мурену обвиняли также и молодой Сульпиций, Гней Постум и Марк Порций Катон, избранный в трибуны на 62 г. Силан, добившийся избрания такими же средствами, что и Мурена, не был привлечен к суду. Мурену защищали Квинт Гортенсий, Марк Красс и Цицерон, говоривший последним. Суд оправдал Мурену; о его дальнейшей судьбе сведений нет.