Читаем Развод полностью

— Я Костя, в больницу вас везу. Простите ради бога, не знаю, что на Дарка нашло, он никогда в жизни ни на кого не набрасывался. — стал оправдываться хозяин собаки.

— У вас есть зарядка для телефона? — потрогала распирающую от боли ногу.

Зря. Рука испачкалась в крови, я посмотрела и снова разрыв с реальностью. Очнулась, от резкого запаха. Парень совал мне под нос бутылку с ацетоном. Отмахнулась.

— Идти сможете? — спросил, с какой-то необъяснимо трогательной надеждой.

— Попробую. — решительно встала, с помощью этого Кости, не было времени на нытье, нужно срочно домой попасть.

До приемного отделения травмпункта я не дошла, попытка прыгать на неповрежденной ноге вызывала боль в пострадавшей, и Костя решительно взял меня на руки.

Счастьем в этой всей ситуации было то, что приняли нас сразу.

— Придется резать. — хмурясь заявил хирург.

— Как резать? Что все так плохо? А как? Как я без ноги? Я не могу! У меня ребенок маленький... — поток моих слов хирург прервал, приложив палец к губам, и я послушно заткнулась.

Была слабая надежда, что ногу этот медведь мне оставит, если я буду молчать.

— Джинсы, — скучающе уточнил хирург, — Придется резать.

— Режьте! — смело разрешила, переглянувшись с бледным Костей.

— Отлично. — хирург откатился на табурете с колёсниками к столу и звякнув инструментами, выудил из лотка ножницы.

— Я смотреть не буду! — зажмурилась, когда он прикатился обратно ко мне и схватился за джинсовый край гачи. — Я вида крови боюсь... — прошептала, чувствуя, и слыша, как врач начал резать джинсы, и поняла, что мне даже видеть не нужно эту кровь, достаточно знать, что она там есть.

Как зашивали мою ногу и накладывали повязку я не помню, зато отлично запомнились Костины увещевания о том, что его пес не бешенный и усыплять его никак нельзя.

— Просто отвезите меня домой. — попросила устало, надеясь, что няня еще не позвонила в полицию, совсем забыв, кому она могла позвонить если вдруг что.

— Хорошо, спасибо! Я вам джинсы и лекарства оплачу.

— Лучше купите своему псу намордник. — совершенно беззлобно попросила Костю, садясь наконец-то в его машину, на переднее попросилась, чтоб подальше от его псины.

До дверей квартирки доковыляла сама. Полина, открыв ее, всплеснула руками увидев меня.

— Что случилось Таисия Борисовна?

Мой краткий пересказ ей, пока она собиралась и ее опаляющая мои нервные окончания фраза, сказанная мимолетно;

— Ну и слава богу, что все так обошлось, а то я уже себе всего напридумывала, и этому вашему Руслану даже позвонила. — радостно улыбаясь заявила Полина.

— Что ты сделала? — сдавленно спросила я, испугавшись сейчас непонятно чего.

Вероника уже родилась, она уже есть, и Руслан ничего не сможет сделать, но страх, преследовавший меня всю мою беременность, не хотел никуда уходить.

— Руслану Богдановичу позвонила, вы же сами просили, если что, то чтоб я звонила. А что не надо было? — Полина растерялась, а я сама в растерянности была не меньше нее.

— Как давно звонила? — спросила, тут же отметая мысль о побеге.

Мне с моей ногой Веронику далеко не унести, да и спит она.

— Да с час назад.

— А он что?

— Ну если честно, я сначала думала, что он меня пошлет. Но потом я сказала ему что вы просили если что, и он сказал, что приедет. Я пойду Таисия Борисовна?

— Да иди Полин. Завтра не приходи, я отгул возьму.

Спровадив няню дочери, я, не обращая на ноющую боль в ноге сползла по стенке прямо в прихожей. Искренне не понимая, зачем он сказал, что приедет и зачем вообще, я оставила для Полины его номер телефона.

Не успела Юля проснутся, как в ее комнату заглянул папа.

-Юленька, доброе утро. Ты как?- Павел очень переживал за дочь.

Она ведь вообще никогда не болела. В детстве максимум хворала из за зубов и то по минимуму. А тут ангина. Которая еще после первого раза, прочно ассоциировалась у Павла с кладбищем.

Из под пышного одеяла медленно показалась рука его дочери, со знаком класс! Но в Юлином исполнении это мог бы быть вполне и сарказм и Павел об этом отлично знал, но его это мало волновало. Его интересовал результат.

-К тебе тут гости. -Павел отступил и впихнув ему в руки блокнотик с ручкой, затолкал в Юлину комнату Андрея.

Закрыв за ним дверь, он недолго прислушивался к тому что творится за дверью и вроде бы было тихо. И тогда Павел ушел довольный собой.

Андрей немного опешил от такой встречи. Когда он выяснил у отца адрес с утра пораньше и приехал к Юлиному дому, он представлял себе встречу немного иначе. А вообще по честному надеялся что Юля не захочет его видеть и его выставят вон. Отсрочив покаяние минимум на сутки. От бессонной ночки болела голова и во рту все пересохло. И хотя он все же мог говорить в отличии от Юли , он решил написать. Так было проще. Прокравшись к изголовью кровати, сел на пол. Примерно на против Юлиной головы, что была скрыта под одеялом, но выдавала себя черными прядями.