Алёна Кощеева

Развитие

1. Инициация

На рабочем столе беспорядок. Пылится увесистая «Архитектура компьютера» Таненбаума, блокноты непонятного предназначения, ежедневник. Белые листы бумаги с перечеркнутыми расчетами по прошлым проектам перемешались с документами. Ручки и маркеры разного цвета разбросаны повсюду. Как три слона стоят чашки – одна для чая, другая для кофе и третья для воды. Пустой картонный стаканчик скомкан вместе с чеками, ждёт путешествия в мусорную корзину. Миниатюрный кактус неловко стоит на высоком перевернутом горшке, чтобы не потеряться в этом хаосе. Пахнет жареными семечками, солнцем и Югом.

Посреди этой неразберихи неуверенно, робко уместился ноутбук на краешке стола. На нём пестрят диаграммы из введения к новому проекту. Всё здорово, интересно, но что-то настораживает…

Валентин Вениаминович тяжело вздохнул, задумчиво погладил седую волнистую бороду и поправил очки. За окном жара, асфальт парит, народ ходит в коротких шортах, легких футболках. В офисе кондиционер. От него проще телу, но не лучше морально. Кажется, что некоторые технологии делают нас слабее. Мы мешаем организму привыкать к изменениям окружающей среды, свято уверяем его, что здесь, в комфорте, и есть норма. Но ведь жизнь заключается в той самой переменчивости, а не в удобной коробке с кондиционером.

«Нормой обеспеченности зерном считается одна тонна зерна на человека в год» – прочитал он на экране и посмотрел на окно. Пятнистое, немытое. С той стороны широкий пыльный проспект. С этой – офисные цветы на подоконнике, за которыми ухаживает администратор и иногда разбрызгивает воду. Тонна зерна в год – это сколько муки или хлеба? Он снял очки, потер переносицу и продолжил читать. Перескочил блок о вариантах использования пшеницы, интересно, но к техническим деталям проекта отношения не имеет.

Дальше шло несколько страниц пестрых диаграмм. «Хватило бы парочки» – подумал Валентин. Почему-то люди считают, что жизненно важно добавлять в бизнес-планы, презентации, технические задания и прочие документы побольше информации. «Вдруг пригодится» – оправдывают они излишек данных. Вряд ли это когда-то изменится. За двадцать лет работы в АО «Заслон» он встречал пять-десять человек, которые действительно умеют формулировать свои мысли. И все они были их же сотрудниками.

«Занятно» – пробубнил Валентин под нос. Оказывается, Россия на втором месте по засеянной площади, на третьем по производству пшеницы. И при таких масштабах даже в пятерку лидеров по урожаю в килограммах на гектар не попадает. Он покривился, хотя из-за усов и бороды этого не было видно. Казалось, Родина на первом месте по всем показателям, что касаются пшеницы. Хотя, откуда ему знать? Обычно они занимаются системами радиолокации, бортовой аппаратурой, центрами обработки данных… С восемнадцатого года правда есть отдел медицинского оборудования, но сельское хозяйство решили запустить только в прошлом месяце. «Развитие – залог успеха! – говорит гендир, – Интеллект рождает мощь!» – поэтому каждые пять лет они вписываются в новую отрасль.

Гладкий тачпад моментально откликался, чувствуя настроение владельца. Валентин быстро пролистал графики, мельком просмотрел их содержимое. «Исходя из визуализации данных по производству пшеницы в различных странах, мы можем заключить, что в Российской Федерации выделенные площади используют не весь заложенный в них потенциал» – жирным шрифтом красовался внизу текст со множеством подпунктов с цифрами. Канцелярский, бюрократический, всё «как положено». Со словами «соответственно», «эффективность», «рентабельность», «функционировать» и так далее… Валентин сделал глоток воды, громко поставил стакан на место. Звук отскочил от стен и вернулся к столу.

Душно. Лоб покрылся испариной. Он расстегнул верхнюю пуговицу и протер лицо салфеткой. Придется понизить температуру на кондиционере. «Пик-пик» – обрадовался пульт, что ему дали работу. Прохлада собралась сначала у кресла, но через пару минут освежилось всё помещение. Дышать и думать стало проще. Он встал, поправил рубашку, которая всё время навязчиво выпрыгивала из брюк. Делать это приходится наощупь, мешает живот. Такой, за которым не видишь собственных ног. Как-то Валентин проснулся, посмотрел на себя в зеркало и понял, что пузо уже никуда не денется. Надо учиться жить с ним. Наверное, так у всех, кто подходит к пятидесяти.

Собранные на затылке в хвостик серо-белые волосы вымокли у шеи, пришлось плеснуть немного воды из стакана, протереть салфеткой и проветриться под кондиционером. Он поглядел на себя в размытое отражение в стекле окна и вышел из кабинета. Пора браться за проект, комплектовать команду.

– Кирилл, Лена, Стёпа, совещание через пять минут.

Сотрудники будто того и ждали. Моментально поднялись с рабочих мест, потрусили за уважаемым Валентином Вениаминовичем.

– Всё изучили? – спросил он и сел в торце стола, – Что думаете?

– Сроки нереальные, – сказала Лена, – нам бы на месяц больше.