Граф Ленцо ухмыльнулся самым двусмысленным образом и, картинно отмахнувшись от вульгарных представительниц народного идеала (мол, таков уж у нас тут по ночам «vox populy», что поделаешь?), позвал вахтенного Карлито – расторопного малого гренадёрских статей, исполняющего обязанности стюарда, за неимением в штатном расписании даже кока.

– Карлито, малыш, выньте-ка из-за борта мою корзинку для пикника, думаю, вино уже достаточно остыло для дегустации. А если этикетки отклеились, так это ерунда – я с тринадцати лет знаю, что было в погребе моей матушки… – Продолжил он для капитана Розенфельда и, будто спохватившись, внушительно добавил своему стюарду: – И только не надо мне рассказывать, что всё содержимое корзинки сожрали пираньи, они тут не водятся.

Вахтенный отдал честь и, подобострастно пуча глаза, на полном серьёзе заметил:

– Про пираний не могу знать, сеньор капитан, но пьяного дельфина видели где-то с полчаса назад…

– Отправляйтесь, матрос! – не сумев скрыть улыбку, прикрикнул на него граф.

И провожатые – всё ближе…

В неверном красноватом зареве, размытом подводной мглой, картина, представшая перед пловцами, показалась мистически жуткой. Такое если вдруг приснится – проснёшься в холодном поту, если вообще проснёшься. Ни дать ни взять, переправившись через Стикс на подводной ладье Харона, они повстречали обитателей того, чуждого всему живому, берега. В подсвеченной фарватерным бакеном водной толще плотной и страшной толпой стояли мертвецы…

Покачиваясь в такт чёрным космам водорослей, синхронно зевая отпавшими челюстями, в развевающихся от подводной волны лохмотьях… И вглядываясь в глаза неожиданных визитёров пустыми глазницами черепов…

Картина не была для «роновцев» внезапной. О том, что их ждёт у первого причала Ялтинского порта, в самом начале фарватера, их уже предупредил Николай Романов, он же Колька Царь. Романова привлекли к участию в операции.

«Тут в 41-м немцы столько наших пленных постреляли… – рассказывал Колька, качая головой. – Прямо с причала сбрасывали. Сетевым грузилом связывали по нескольку человек и… Этот адский лес в любую погоду с причала виден…»

«Рота особого назначения», базировавшаяся в Ленинграде (и не где-нибудь, а на подводной лодке «Правда», пришвартованной к легендарному крейсеру «Аврора»), не имела полного представления об акватории Ялтинского порта. Тогда как Николай Романов тут уже кое-что искал, будучи «вброшенным» в водолазную рубаху, в медной манишке, в шлеме с тремя иллюминаторами и в галошах со свинцовой подошвой, по 12 кг каждая…

– Так вот что значит «резерв 7-го дивизиона 2-й бригады малых подводных лодок», специалист, – хмыкнул майор Тихомиров, командир 2-го разведотряда. – А чего ты раньше не говорил, что служил в ЭПРОНе? Хотя, ну да… – Покосился он на командира спецгруппы капитана Челядинова. – Вас же секретили пуще миномёта Тауберга…

Аркадий Челядинов, только что прибывший со своей группой на тяжёлом бомбардировщике через блокаду и две линии фронта, пожал плечами:

– А то…

Для высадки, вернее, погружения в непосредственной близости от Ялты, майор Тихомиров рекомендовал разведгруппу лейтенанта Новика.

– Если что – подгребём поближе, подсобим, – сказал Новик, садясь в буксирный шлюп после загрузки его взрывчаткой, минами, штатным оружием, модернизованным под условия подводного боя, и другим снаряжением, назначение которого Саша так и не определил.

…На этот раз 16-килограммовой медной «манишки» и шлема с иллюминаторами на Николае Романове не было. «Роновцы» пользовались только ГК-1 гидрокомбинезонами и легководолазными индивидуальными дыхательными аппаратами ВИА-2, – оборудование, чаще встречавшееся в шпионских фильмах, чем даже на подводных лодках. Настолько всё это напоминало хрестоматийный образ иностранного диверсанта, который – казалось по некоторым кинематографическим и литературным шедеврам предвоенных лет – и по Кремлю шлёпал в ластах, для составления очередного заговора то ли супротив, то ли по наущению членов ЦК…

В любом случае такое обмундирование было куда функциональнее, чем водолазный костюм с насосным шлангом.

По крайней мере, Колька без труда воспользовался загнутым и зазубренным водолазным ножом…

Глава 15

И мудрствуя лукаво…

Особый отдел (контрразведка) КЧФ.

Кабинет следователя Кравченко Т.И.