Корэйн испуганно охнула, когда Дом обнажил собственный меч, разрезая воздух обоюдоострым лезвием. Он пожалел, что на нем нет брони, но оставалось обходиться защитой кожаной одежды – столько, сколько возможно.

Но как он обнаружил нас? Откуда о нас узнал? Дом мысленно выругался, вглядываясь в пространство между деревьями в поисках волшебника в алых одеждах и самого Таристана. В памяти Дома он был по-прежнему обагрен кровью Кортаэля, которая пузырилась на губах умирающего принца. А Таристан смеялся, держа в руке Веретенный клинок, сиявший язвительнее любой ухмылки.

Мертвецы – искалеченные существа, явившиеся из Пепельных земель и Асандера, – поднимались по холму медленными, неуклюжими шагами. Белые лица, в которых не осталось ни капли цвета, обожженные до кости, с изорванными, кровоточащими губами. Черные доспехи, липкие от масла, словно куриные туши, сгоревшие на сковороде.

При виде их оружия – ржавых ножей и сломанных мечей, зазубренных топоров и расколотых щитов – Дом едва не упал на колени. Все его существо возжелало смерти, и одному богу Балеру ведомо, как ему удалось удержаться на ногах. Рука Корэйн холодела под его ладонью. Они могли попытаться убежать, но без лошадей была высока вероятность, что они попадут в засаду у подножья холма.

Из-за деревьев вышел первый мертвец. Улыбаясь отсутствовавшими губами, он неестественно пошатывался на искривленных ногах, но тем не менее неуклонно надвигался на Сарн с ее мечом. Убийца-амхара вовремя увернулась и отступила на другой край поляны, не спуская с существа округленных немигающих глаз. На ее щеках загорелись два красных пятнышка. Они служили единственным свидетельством ее страха – сердце Сорасы билось так же размеренно, как если бы она все еще спала.

Из-за деревьев, покачиваясь, появились еще шесть фигур. Они пахли сожженной плотью и гнилостной преисподней.

– Древний, – прошипела она сквозь стиснутые зубы. – Их можно убить?

Дом ощутил, как его губы невольно искривляются в мрачной улыбке.

– Да.

Сарн замерла, крепко опершись на ноги.

– Хорошо.

Обратившись в разящую грацию, она закружилась в смертоносном танце. Ее меч рассекал воздух пополам.

Дом сосредоточил все свое внимание на мертвецах и Корэйн. Следя за тем, чтобы девушка оставалась за его спиной, а существа – перед его лицом, он сделал несколько стремительных шагов, сжал меч в обеих руках, и замахнулся им с такой скоростью, словно клинок был подобен звездному свету и ничего не весил. Он нанес удар по первому мертвецу с невероятной силой, будто в его руке был не меч, а топор дровосека. Сталь прошла сквозь плоть, как если бы это была вода, рассекая труп пополам.

«Неужели они и раньше были такими хрупкими?» – подумал Дом и развернулся, чтобы ударить мечом по другому мертвецу.

Рядом с ним Сарн пронзила мечом еще одно существо и, несмотря на всю свою боевую подготовку, едва не потеряла равновесие. Она еле слышно взвыла от потрясения и замерла, глядя на мертвеца.

Дом последовал ее примеру и не поверил своим глазам.

Удар Сарн должен был разрубить труп от плеча до бедра, но вместо этого он словно прошел сквозь туман. Вместо крови из-под лезвия клинка взвился белый пар, сменившийся черным и наконец призрачно-голубым, после чего существо растворилось в воздухе, словно дымок от погасшей свечи.

Сарн тут же переключила внимание на другого мертвеца, а затем – еще на одного. Они продолжали появляться из-за деревьев, двигаясь быстрее, как будто подгоняемые атаками убийцы. Сораса сражалась, больше не оступаясь.

Дом оглянулся на двух мертвецов, которых успел поразить. Однако на земле не было ни одного тела – только дым, исчезавший в траве.

Корэйн смотрела на происходящее, приоткрыв рот и широко распахнув глаза от ужаса.

Один из мертвецов издал нечеловеческий, полный боли вопль, и Дом мгновенно отреагировал, подняв меч, чтобы отразить удар. Однако его клинок прошел сквозь проржавевшее оружие, и еще один воин Пепельных земель исчез без следа.

То же самое происходило и с остальными: они обращались в пыль, стоило стали коснуться их оружия или брони, пока на поляне не остались лишь Корэйн, Дом и Сарн, окутанные рассеивавшимся дымом и запахом гари.

Привязанные к деревьям лошади продолжали дремать.

Дом развернулся вокруг своей оси, всматриваясь в темноту в поисках мертвецов. Он был готов к новой уловке. Думал, что сейчас на их головы упадет Таристан или огненный дождь, призванный магом. Ему казалось, что он снова слышит, как колокол в храме звонит по погибшим в бою. Но на поляне воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь шуршанием кипарисов на ветру. Дыхание Дома стало частым и тяжелым, но дело было не в напряжении, а в глубочайшем изумлении.

Бледная, как смерть, Корэйн осела на землю.

Дом бросился к ней, но не успел: путь ему преградила Сарн. Скорпион на ее шее застыл в угрожающей позе, готовый вонзить в него жало.

– Что это была за чертовщина? – прорычала она.

Мир перед его глазами закружился.

Дом собирался что-то сказать, но его затошнило, и вместо ответа из его рта изверглась кроличья печень.

Глава 10. Джидийский амулет