Вскоре они находились уже внутри офиса, но поехали на второй этаж, где, по слухам, находилась некая «допросная», в которой Романо и проводил более пристрастные разговоры, если, конечно, не считать разговоров в тюрьме. Они остановились рядом со «стеклянной» комнатой. Рядом стоял Чаки, чье плечо было забинтовано.
— Да-а-а… Господин Шпак оказался большей мразью, чем я? — ухмыльнулся человек, глядя на Шпака. — Кого первого допрашивать будем, господин Романо?
— Тут не допросы будут, а простые переговоры. Ментальное насилие, если хочешь, — проговорил Романо достаточно спокойно. — Паук, последи, чтобы с Кирой все хорошо было, а ты — идем. У нас с тобой будет длинный разговор, Шпак, — Романо вошел первый, а за ним внутрь втолкнули Генриха после этого вошел и Чаки. Затем стекла стали матовыми, Паук же встал прямо к двери спиной.
— Можете не беспокоиться за своего отца, Кира. Убивать, избивать и пытать — это не методы Романо. Более того, — кажется, впервые на губах Паука появилась улыбка. — Даже Ваша матушка живет в довольно хороших условиях. Видел сам, поэтому за нее не беспокойтесь.
Девушка немного прижалась к Джеку, а тот погладил ее по голове.
— Все будет хорошо, Романо умеет убеждать и словом, и делом, — сказал чернокожий, погружаясь в состояние задумчивости.
…
Романо сел на стул перед столом, а затем пригласил Шпака на стул напротив.
— Присаживайтесь, мил человек, — проговорил он, а Генриха подтолкнул Чаки, после чего Генрих все-таки сел на стул с подлокотниками.
Комната была обделана пластиковыми пластинами белого цвета, а сам Романо сейчас ставил перед собой планшет, Чаки же стоял у двери. Под одеждой у него явно виднелась кобура пистолета, правда, была перенесена на правую сторону, вероятно, из-за того, что теперь лучше было пользоваться левой рукой для стрельбы, ибо правое плечо было ранено.
— Итак, Генрих, — наконец начал свою речь Романо, глядя на человека каким-то мрачным взглядом. — Совсем недавно… Ты считал меня убийцей, ублюдком и прочим. Вчера ты убил десять кворонов, это точные данные со счетного устройства твоего пистолета-пулемета. Ты, видимо, решил немного уменьшить число убитых, либо просто не совсем понял, что еще двоих все-таки убил. Кроме того, ты занимался оснащением шок-пеха. Чувствуешь уже, сколько на тебе трупов? — спросил Романо, глядя на Генриха, который опустил взгляд. — Чувствуешь. Ну, так и чем ты лучше меня или, скажем, Чаки?
— Ничем… — довольно тихо произнес Шпак, а после поднял свой ненавидящий взгляд на Романо. — Это вы меня таким сделали!