— Да. Именно это. Суть в том, что традиции и пресловутый идеализм рушится там, где ломают зубы. Зачастую, рогарийцы нападают первыми, мы сдаем в осаду миры Периферии, а затем подходит флот из Центра и выдает рогарийцам хороших таких кренделей. Следует понимать то, что рогарийцы ходят в эти походы для того, чтобы сбросить лишний груз молодежи, поэтому даже поражение для них является победой, но… Когда произошел Прорыв Заснежина — зубы поломались. Они ломались и раньше, но не так интенсивно, как в этот раз. Впервые люди фактически вырвались дальше, чем миры рогарийской периферии, более того, впервые люди стали высаживаться на планеты. И вот на планетах рогарийцы нас видеть совсем не хотели, поэтому зубы и ломались интенсивнее. На фоне этого начинается скупка технологий со стороны периферийных купцов рогарийцев, а далее они начинают внедрять эти технологии, — Романо снова приостановил речь. — Если ранее мы имели дело с одним единственным Гор’Ту-улом, который являлся одним из периферийных владык, то теперь мы можем встретить целый ряд таких Гор’Ту-улов, и следующая война будет гораздо страшнее прошлой, и не факт, что мы в ней, с таким обучением военных, победим. Мы уже имеем дело с флотом вассалов рогар, а именно с флотом василисков, который наносил нам поражения, хотя и обладал малым числом, но удары были существенными, а теперь представьте, что рогарийцы превратятся в василисков. Страшная картина, — Романо снова откинулся на спинку кресла.

— Хорошо. Окончим с прошлым и перейдем к настоящему, — проговорила Кира, а Романо отвел взгляд, он, кажется, понимал, что теперь ему придется туго, но выполнить обещание он был обязан. — Как мне известно, КаренияИндастриз — это Ваш нынешний наниматель. Скажите, пожалуйста, насколько велика Ваша плата, что Вы готовы из Героя Федерации превратиться в самого настоящего Злодея Периферии?

Человек напротив улыбнулся, сглотнул слюну, а в глазах девушки появилась какая-то ненависть, кажется, что она сейчас смотрела даже не на самого Романо, а на всю Карению разом. Он направил свой взгляд на нее, затем глаза начали бегать по комнате в поисках ответа.

— Плата составляет почти полмиллиона кредитов, однако кроме этого имеются и иные блага, которые предоставляются корпорацией моей семье, поэтому я и работаю, — проговорил человек, сосредоточившись.

— Хорошо. Расскажите о том, как обстоят дела по экспроприации планеты? — спросила девушка, все также смотря на Романо.

— Экспроприация идет успешно, — проговорил он, когда на лбу возникли капли пота.

— А как Вам спится по ночам, Герой Федерации и Злодей Периферии? — спросила девушка совершенно иным тоном, чем раньше, а директор экспроприации снова опустил глаза, каждый вопрос будто бы сек его плетью, которую он уже давно заслужил, но все-таки получать ею по хребту не особо хотел.

— Спится. Снотворное, знаете ли, творит чудеса, — проговорил он, нагло улыбнувшись.

— На этом интервью окончено, — проговорила холодно девушка, а директор отключил диктофон.

— Надеюсь, что ты не будешь включать это в свой проект? — спросил Романо, смотря на нее слегка исподлобья.

— Нет. Мне просто хотелось узнать об этом. Я обрежу интервью, — проговорила она также холодно, а затем вышла в коридор, оставляя человека наедине с собой.

…

Романо решил сегодня остаться в кабинете, надо было уложить в голове то, что произошло сегодня. За Киру он не беспокоился, ее встретил Джек, а далее довез до апартаментов. Сейчас Роберто лежал на небольшом диване и смотрел в потолок.

— Здоровый мужик, а так тебя вопросы какой-то соплячки режут, — улыбнулся директор. — Хотя, соплячка необычная. Надеюсь, что у нее все хорошо сложится, а я подожду. У меня тоже все сложится хорошо. Даже отлично! — все с той же улыбкой воскликнул директор. — В один момент я просто получу пулю. И так закончится моя относительно маленькая паскудная жизнь.

01.07.2580, 09:00

Сектор Корво, Система Немезида, Планета Итарис, Город Кирен-1,

Район Космос, космопорт, зал ожидания,

01.07.2580, 09:00

Романо сидел в зале ожидания с какой-то грустной улыбкой. Рядом с ним сидела Кира, напротив него стоял Джек, а рядом с ним расположились Билли и высокий парень с проседью на висках, глубоко посаженными карими глазами на квадратном лице и с какой-то странной улыбкой на тонких губах.

— Что будет дальше, господин Романо? — спросил этот человек, глядя на директора экспроприации.