Читаем Ражая полностью

Первое же поселение, на придирчивый взор ражей и рядом не валявшееся с испепелённым Торстордом, попавшееся на второй день пути по большаку от Клыков рока, встретило их во вратах, одной наверно верой стоящего частокола, не скажи, что особо тепло! Толпа в усмерть перепуганных крестьян-кметов во главе с местным пастырем похватав вилы да не окованные черенки, всем скопом вышли приветить гостей, коих углядел один из местных мальчуганов, играющихся на уже пожатых полях пшеницы. Но весь такой из себя бравый настрой и пламенные сердца поостыли стоило только здоровенной бабе поперек себя в плечах шире и седому войну обнажить оружье! Опустела как от чумы гнилостного поветрия улица, едино хлопнули дверные косяки да ставни на окнах, а из храма, лязгнувшего запорами аж судя по звуку четырьмя донеслась молитва, вторя блеянью и мычанию запертого по хлевам скота, перенявшего тревогу хозяев!

Что до трактира в два этажа черепичной крыши за плетнем-оградой добротного хозяйства, вместительных конюшен и сарая, (Услада пилигрима), широкого зала круглых столов под кованными люстрами-светцами. То тут хозяин в кожаном фартуке поверх рубахи, сверкающий плешью на красном словно свекла полном лице бегающих крысиных глазок, вытянутый жилистой рукою Алиры за ухо из-за стойки аккурат напротив двери, оказался любезен как никогда и даже золото не взял за эль и мясо в прок забившего походные мешки! Также вежественным оказался седой и иссушенный ткач из портной мастерской, справивший обновку для бусинки, хотя как поняла дочь клана мастерством он не обжился, ведь не единожды чуть не пристегал к материи палец трясущимися руками!

И вот они оказались далеко за полуднем на мощенном тракте большака, коий все оглядывали любопытством варвары, выбрав под отдых тень раскидистого могучего дуба, опосля полей выступившем авангардом объявшего дорогу леса, оказавшуюся по разумению Алиры куда как уютней супротив полной вшей клопов и прочей живности комнаты трактира! Запалив костер румяня хлеб и полосы мяса на пляшущих огоньках!

– Надо было ещё лошадей сторговать! А лучше телегу! – глянула на малышку мечница. Не знамо от какой оказии та вот уже второй день гребла то сорванный со ствола трутовик, то коренья какие, в горах наскребла камня рыжего из щелей, в общем мешочек малютки рос на глазах! Что до Алиры, ражая на своей шкуре познала бусинка с лекарственными травами знакома не хуже Сирда жреца и богов вещуна в Хоукхолле, пусть себе собирает знахарка явно богами меченная! – Ты прав монах люд в ваших землях щедрый! – вгрызаясь белыми зубьями в пропечённый шмат подмигнула призраку дочь клана под хохот Хорша.

– Эт сейчас вам потешно, а доведись местному солтысу- старосте послать гонца до барона, земель хранителя, вот тогда все обхохочемся! – скривился бесплотный спутник, с тоскою, глядя на то, как трапезничали его спутники!

– Знать не знаю, я им честную монету предлагала, сами взять расхотели. – ну просто безгрешный херувим возвела очи горе Алира! – Бусинка ешь пока горячо! – позвала мечница малышку, а ежик, уловив момент шмыгнул меж корней и исчез в высокой траве!

– Так, стало быть, сколько там нам пятки мозолить до этой твоей вольной земли и до порта? – наложила дева в миску крохе самых жирных дымящихся ломтей едва ли не больше её веса.

– Если верхами, то пол луны! Если как ща, то к зиме прибудем! – без обиняков отозвался Элиот, заставив Алиру, чуть мясом не поперхнувшуюся, обернуться в сторону уже покинутой деревушки бе всяческой задней мысли задумавшись. «Не воротиться ли?» Взор зелёных глаз сузился, по тракту меж полей поднималась пыль!

– Дрянной у тебя жрец язык! – потянулась к лежащему рядом мечу двуручному дочь клана.

Их, не жалея шенкелей настигал конный отряд всадников в двадцать!

– Вот тебе и славный торг, говорил не берут монеты оставляй так! – поднялся Хорш пробуя пальцем остриё секиры!

– Работать надо, а не с путников злато вымарщивать! – невместно кому бросила мечница скидывая плащ возложив клинок на плечо. – Бусинка, а ну воробушком в крону!

«Вот это его растянуло! Бедная коняка!» – вскользь посочувствовала лошади Алира, глядя на барона, объятого конными войнами-кнехтами в широкополых шлемах и в клёпаных гамбезонах до середины бедра, под замысловатым гербом. То, что птица важная она смекнула сразу такую ряху как у седока многострадальной лошади не каждый день увидишь!

На путников потомков Ястреба злобно глядели копья и арбалеты, тот самый священник в летах черной бороды и коротко стриженных волос выбритой макушки, вперёд своей благочестивой паствы в храм давиче подавшийся по пути сандалии обронив, ныне верещал дескать: (Вот они, грабители, лиходеи, с тьмы исчадием спевшиеся, народ ограбившие!) А дочь клана, не чураясь пристальных взоров солдатни, ощетинившись оскалом вайды двинула вперед, под упреждающую отповедь бесплотного Элиота (Не смей кровь попусту лить! Я знаю его, Руд достойный и честный муж, народ не гнетёт оброками и податями!)