Читаем Разбудить смерть полностью

Итак, убив Родни, Беллоуз тайком пробирается в кабинет. Он опускает шторы и включает маленькую лампочку. Вам будет интересно узнать то, о чем мы услышали сегодня утром. О месте, куда он все спрятал: кочергу, дубинку, перчатки, ключ к столу и все такое – до тех пор, пока они снова ему не понадобятся. Так вот, фактически они все это время пролежали в столе. В потайном отделении в глубине ящика – еще одно из приспособлений его отца. Лучшего места для укрытия не найти. Если бы по чистой случайности кто-то и обнаружил их, это только поставило бы под подозрение сэра Гайлса или кого-нибудь из гостей.

Спрятав вещи, Беллоуз принялся старательно рвать фотографии, в том числе принадлежащие сэру Гайлсу. Но тут его посетила еще одна идея. Я говорил вам, что этот человек не умеет вовремя остановиться. Это его и выдало. Он сохранил только одну фотографию – ту, где заснята группа людей у спуска в воду по желобу…

– Есть еще один вопрос, – вмешался Гэй. – Думаю, он оставил ее нетронутой, потому что мог использовать против миссис Кент, хотя на ней не видно ее лица. Но как он узнал, что на ней именно миссис Кент? Может, я и показывал ему фото, но я не знал, кто на нем изображен, пока мои гости не приехали и…

– А проверка памяти! – подсказала Франсин.

– Простите?

– Вот оно! – Дэн открыл от изумления глаза. – Черт побери! А я все пытался вспомнить, где я недавно видел эту фотографию! Мы оба вчера старались вспомнить. Ну конечно, проверка памяти. Один из его тестов! Показать человеку групповую фотографию со множеством деталей, а потом попросить его назвать малейшие детали, запомнившиеся с первого взгляда. Мы использовали как раз эту фотографию! И кто-то заметил, что загороженная фигура – это Дженни. Все правильно. Продолжайте.

– Вид пузырьков с разноцветной тушью, – послушно продолжал доктор Фелл, – натолкнул Беллоуза на мысль написать «Еще один умрет» на обороте фотографии и положить ее рядом с телом первой своей жертвы. Он сделал эту надпись. Но отверг эту идею, как слишком опасную. Он хотел, чтобы женщина знала об угрожающей ей опасности. Но не другие. И вот он сидел за столом глухой ночью, обдумывая эту мысль и в то же время, поскольку его работа была закончена, время от времени прикладывался к бутылке.

Рейберн вскинул на него глаза, пораженный:

– Вы хотите сказать, что, убив наверху человека, он сидел так же спокойно, как какой-нибудь гость в чужом доме…

– Вы забываете, – пояснил доктор Фелл, – что он находился не в чужом доме. В этом-то и ключ к пониманию дела. Он находился в своем доме – единственном месте, знакомом ему до мелочей. Это все остальные были захватчиками, которых он ненавидел. И вместо того чтобы поскорее убраться отсюда, глупец продолжал пить. Можно догадаться, что чем больше он пил, тем нерешительнее становился. Потому что не умел вовремя остановиться. Все ли он сделал правильно наверху? Не упустил ли чего? Это было вечным самоистязанием Ричи Беллоуза. И когда он уже почти уходил, все-таки решил проверить. Он оставил фотографии в ящике стола. В темноте поднялся по лестнице, на этот раз без перчаток, даже не подумав о такой предосторожности, лишь для того, чтобы увидеть. Он широко открыл дверь Голубой комнаты – как ее потом и обнаружили – и оставил отпечатки пальцев на выключателе, когда включал свет. У него оставалось достаточно здравого смысла, чтобы понять, какого он свалял дурака, но было поздно. Не успел он выключить свет и выйти в коридор (при лунном свете), как вы, мистер Рипер, открыли свою дверь. Беллоуз не мог убежать, он едва передвигался. Поэтому он сделал то, что подсказал ему инстинкт, – рухнул на диван и притворился полностью отключенным. Надо признать, это было лишь отчасти притворством.

Такова, правда с нарушением плана, история первого преступления и мотивы для второго.

Я уже говорил вам, как, исходя из необходимости и собственного хитроумия, он разработал план второго преступления. Он собирался убить Джозефину Кент в «Королевском багрянце», будучи в форме служащего гостиницы. Отсюда и его рассказ. Он знал, что все вы остановитесь в этой гостинице, знал про новый верхний этаж, даже о дате вашего приезда. Вы наверняка обсуждали все это между собой. Затем вы передумали и уехали на день раньше. Эту информацию ему любезно преподнес инспектор Таннер во время допроса.

Камеры в полицейском участке запираются на ночь в половине десятого. Еще не пробило и три четверти десятого, как Беллоуз уже выбрался из тюрьмы, оделся и оказался на улице непроглядной зимней ночью. Чтобы попасть в Лондон, ему нужны были деньги. Ничего проще. Ведь ключ от «Четырех входов» был по-прежнему у него. В доме никого, кроме слуг, не было. В ящике письменного стола, как он знал из своего предыдущего визита, лежал кошелек, где было достаточно денег для оплаты проезда на автобусе и на поезде. И конечно, он должен был захватить свою бесценную кочергу.