Читаем Разбуди в себе исполина полностью

Что можно увидеть в этом ободряющего? Во-первых, поскольку мы понимаем, что корень всех проблем лежит в нашем поведении (и процессе принятия решений, который предшествует этому), ясно, что именно мы и можем их изменить! Как вы уже узнали из этой книги, есть одна вещь, которой мы точно можем управлять в своем внутреннем мире, — мы решаем, что для нас значат те или иные вещи и явления и что следует относительно них предпринять, — ив результате своих решений мы предпринимаем действия, которые оказывают влияние на внешнее окружение. Это действия, которые может предпринять каждый из нас у себя дома, в своем бизнесе, в своей общине, — они положат начало цепи конкретных позитивных последствий. С помощью своих действий мы реализуем самые важные ценности и убеждения, ас помощью глобального воздействия наших средств массовой информации даже самые простые действия приобретают силу влияния и могут привести в движение людей всех наций.

В то время как это звучит ободряюще для всего человечества, вы можете спросить себя: "А что может сделать один человек для того, чтобы изменить мир?" Фактически всё! Единственным ограничением ваших действий является ваше воображение и обязательства. История мира — это всего лишь хроника происходящего, которая основана на свершениях небольшого числа обычных людей, обладающих необыкновенным уровнем обязательств произвести изменения. Эти личности совершают незначительные дела необычайно хорошо. Они принимают решения, что то или иное явление должно измениться, что они должны и могут сделать это — вслед за тем они призывают на помощь все свое мужество и настойчиво ищут путей осуществления задуманного. Таких мужчин и женщин мы называем героями.

Я уверен, что мы с вами, как и все люди на Земле, обладаем врожденной способностью к героизму, самоотверженности, мужеству и благородным поступкам — стремлением сделать жизнь многих людей лучше, даже если на данном этапе кажется, что мы делаем это за свой собственный счет. Способность совершать правильные поступки, отстаивать свою точку зрения и быть непохожим на других есть в каждом из вас в настоящую минуту. Вопрос лишь в одном: когда придет этот момент, вспомните ли вы о том, что вы герой, и откликнетесь ли самоотверженно на призыв тех, кто нуждается в вашей помощи?


"Это произошло ненамеренно; они потопили мой катер".

Ответ Джона Ф. Кеннеди, когда его спросили, как он стал героем.


Большинство людей хотят избежать любого намека на проблему или вызов, тем не менее, преодоление трудностей является той суровой неизбежностью, которая формирует характер.

Часто люди даже не подозревают о своей героической натуре, пока не появится крупная проблема или угрожающая жизни ситуация и они не окажутся лицом к лицу со сложными обстоятельствами.

В следующий раз, когда вы окажетесь в трудной ситуации, примите решение изменить ее и предпримите действие, неважно, насколько незначительным оно покажется в тот момент. Кто знает, к каким последствим это приведет? Отождествляйте себя с героем, для того чтобы действовать, как герой.

Многие считают таких людей, как мать Тереза, личностями, рожденными для героизма. Они говорят, что у этой женщины необыкновенная душа и что она всегда выделялась из окружающих своей обязательностью и бескорыстием. И хотя это правда, она женщина беспримерного мужества, обладавшая обостренным чувством сострадания, но правда и то, что у матери Терезы были в жизни критические моменты, которые и определили ее роль как одной из великих сострадательниц нашего времени. Мать Тереза не выставляла напоказ свое стремление помогать бедным. В сущности, она более двадцати лет обучала детей в самых нищих кварталах Калькутты, в Индии. Ежедневно она обходила трущобы, рядом с которыми располагались владения зажиточных людей.

Однажды вечером, идя по улице, она услышала крик о помощи. Это был голос умирающей женщины. Понимая, насколько серьезно положение женщины, мать Тереза поспешила доставить ее в больницу, где ей предложили подождать. Она знала, что, если больной не оказать немедленной помощи, она умрет, поэтому отправилась с ней в другую больницу. И опять ей сказали подождать; социальное положение больной не могло вызвать к ней такого же внимания, какого заслуживали другие пациенты. Наконец, отчаявшись, мать Тереза привезла больную к себе домой. И поздно ночью эта женщина умерла в тепле и покое на руках у матери Терезы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика