Читаем Разбуди в себе исполина полностью

Классическим примером этого является человек, который хочет сбросить лишний веси "не может" Дело не в том, что он действительно не может: дело в том, что его схема оценки отобранных продуктов питания не оказывает ему поддержки. Он задает себе такого типа вопросы: "Что помогло бы мне почувствовать себя более уверенно?" и "От какой самой вкусной, самой калорийной пищи я могу отказаться?" Это ведет его к отбору продуктов, содержащих жиры и сахар, что дает гарантию еще более острого чувства несчастья. А если бы он задавал себе такие вопросы: "Что действительно было бы достаточно питательным для меня?", "Что более легкое я могу есть, что давало бы мне энергию?" или "Это очистит или зашлакует мой организм?" А еще лучше: "Если я съем это, то отчего мне придется отказаться, чтобы все-таки достичь цели? Какова будет конечная цена, которую я заплачу, если не прекращу сейчас же это потворствование себе?" Задавая подобные вопросы, вы будете способствовать закреплению ассоциаций переживаний, связанных с перееданием. и ваше поведение немедленно изменится.

Для того чтобы изменить свою жизнь к лучшему, вы должны изменить свои привычные вопросы. Запомните- вопросы, которые вы постоянно задаете, будут создавать либо расслабленность, либо удовольствие, либо возмущение, либо вдохновение, чувство обделенности или восторга. Задавайте вопросы, которые поднимут ваше душевное состояние и толкнут вас на путь всяческих преобразований

Какое действие оказывают вопросы

Вопросы выполняют три конкретных функции

1. Они немедленно изменяют сосредоточенность и, следовательно, наше душевное состояние. Если вы все время задаете вопросы типа "Как это случилось, что я настолько поддался депрессии?" или "Почему меня никто не любит?", то вы будете сосредоточиваться, выискивать и находить подтверждения, укрепляющие мысль, что у вас есть действительно причина для депрессии и что вас не любят. В результате вы будете пребывать в том или ином расслабленном состоянии. Если бы вместо этого вы спросили, как вам изменить свое состояние, чтобы почувствовать себя счастливым и уверенным в том, что вас любят, то сосредоточились бы на решениях. Даже если бы ваш мозг первоначально ответил, что тут ничего не поделаешь, но вы, подобно Леху Станиславскому или Митчелу, несмотря ни на что, упорно сохраняли бы чувство уверенности и ожидания, то в конце концов получили бы нужный ответ. У вас нашлись бы достаточные основания для улучшения душевного состояния и, сосредоточившись на них, вы смогли бы сразу же поднять и свое эмоциональное состояние.

Между утверждением и вопросом есть огромная разница. Когда вы говорите себе: "Я счастлив... Я счастлив... Я счастлив..." — и вкладываете в это достаточно эмоциональной силы, то это может вызвать ощущение счастья; соответственно, произойдут изменения , в вашей физиологии, а следовательно, — ив душевном состоянии. Но может случиться и так, что вы будете твердить эти слова с утра до вечера, а ваше душевное состояние не изменится ни на йоту. То, что действительно изменит ваше состояние, так это вопрос: "Почему я чувствую себя сейчас счастливым? Каким образом я мог бы стать счастливым, если бы захотел? Какие это вызвало бы во мне чувства?" Если вы будете продолжать задавать подобные вопросы, то найдете реальные подтверждения, которые заставят вас сосредоточиться на имеющемся основании чувствовать себя счастливым. И у вас появится уверенность, что вы счастливы.

Вместо того чтобы просто внушать себе это, задавайте вопросы, которые позволят определить причины возникновения тех или иных эмоций. Мы с вами можем изменить свое самочувствие в одно мгновение просто путем переключения внимания. Большинство из нас не понимает, как велика сила воспоминаний. Вот и переключите внимание на восстановление в памяти ситуаций, которые сопряжены с радостными чувствами. Вопросы служат "путеводителем" к этим моментам. Если вы задаете себе такие вопросы: "Какие воспоминания являются для меня самыми дорогими?" или "Что действительно есть прекрасного сейчас в моей жизни?" — и отнесетесь к этому вопросу серьезно, то начнете думать о событиях, которые вызовут у вас необыкновенно приятное чувство. И в этом приподнятом эмоциональном состоянии вы не только почувствуете себя лучше, но и сможете сделать так, что и окружающим вас людям тоже будет хорошо.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика