Читаем Разбитая мечта полностью

Я не мог ответить. Она одним плавным движением встала и отошла к окну.

Дженни поглаживала руку, на которой была ссадина. Что? Неужели я ударил ее? О Боже! Я же никогда даже голос на нее не повышал!

– Дженни?

Я подошел к ней и взял за руку. Ссадина растянулась от кисти до локтя. Из раны сочилась кровь. И весь этот ужас натворил я!

– Дженни, прости…

Я провел своей рукой по её. Слава Богу, что через несколько минут от этого ужаса не осталось и следа. Рана исчезла.

– Больно?

– Уже прошло, – она обернулась, – Что случилось?– ее голос дрогнул.

– Сон…

– Сон? – удивилась она,– Разве ты когда-нибудь видел сны?

Я покачал головой: – Нет… Но он был такой реальный, я чувствовал все, вплоть до запаха.

– О чем он?

– Я убил Еву…

Я задрожал от такой перспективы и от отвращения к себе.

Дженни глубоко вздохнула и обняла меня…

Глава 8

(Эрик)

Дженни выскользнула из моих объятий и улыбнулась мне.

– Все будет хорошо, Эрик. Не думай об этом.

Она пошла на кухню и похоже занялась уборкой. До появления Дженни я пользовался только одной комнатой, остальные же были совершено пустыми.

А она принесла свет в этот дом, уют. Осветила мою жизнь. Сейчас я просто не представляю как я жил без нее в пустоте и темноте?

– Эрик, ну сколько можно? Я буду твои разбросанные вещи в окно выкидывать! – она часто это обещала, но никогда не делала…

* * *

Я ехал по залитой солнцем дороге. Я помнил свою человеческую жизнь. Я любил поднимать голову и смотреть на солнце, которое ярким светом било в глаза… Теперь это невозможно…

Скрипка. Скрипка, когда-то она была смыслом моей жизни. Заниматься, по человеческим меркам, я начал поздно – в восемнадцать лет. Отец смеялся надо мной, но я упорно продолжал заниматься. Когда я стал вампиром, времени было уйма, хватало не только на скрипку, но не что кроме нее не приносило мне такого душевного удовлетворения. Я всегда учился, совершенствовал свое мастерство, у лучших учителей. Я мог поехать даже на край света ради чего-нибудь нового. Но со временем люди перестали удивлять меня. И тогда я переключился на учителей-вампиров. Я пропадал годами. Каждый раз Елена думала, что я уже не вернусь, но каждый раз я превосходил своего учителя и возвращался. И мне все еще мало…

Но больше такой роскоши я себе позволить не могу. Дженни вот, кто оттеснил скрипку на второй план… Может быть, когда-нибудь нам и придется расстаться, может быть, она решить пойти другим путем, и как любой ребенок начнет свою жизнь, но надеюсь – это будет не скоро…

– Это невозможно! – вскрикнула Ева, – Я не могу! У меня не получается!

– Ну, не все сразу. Нужно попробовать еще раз, потом еще. Обязательно должно получиться.

– Я уже руки не чувствую.

Она сжимала и разжимала руку. Черт! Я забыл, что она человек, и что она устаёт.

– Отдохни. Хочешь, я что-нибудь сыграю?

Она покачала головой. Как бы мне хотелось сыграть ей музыку, которую писали вампиры, но ее нужно играть намного быстрее, чем может смертный, поэтому это невозможно. Придется довольствоваться человеческими композиторами…

Когда я закончил, она смотрела в пол пустыми ничего не выражающими глазами.

– Мама это играла, очень часто…

Вот черт!

– Знаешь, – она подошла к окну, – Это квартира тети. Мы с родителями жили в большом, просторном доме. Но там так пусто… – ее голос сорвался.

Я подошел и встал сзади, как тень.

– Это пройдет. Поверь мне, я знаю.

– Когда умерли твои родители?

– Давно… Очень давно, – «ты даже не представляешь на сколько» – подумал я.

Я повернул ее к себе лицом и обнял, а она заплакала по-настоящему сильно.

Оказывается, не только слезы Дженни производят на меня такой эффект. Я не хотел, чтобы она плакала, но ничего кроме безумия в голову не приходило. «Нет! Эрик ты не должен этого делать, ты не должен к ней привязываться» – кричал мой внутренний голос, кричал остаток разума, но я никогда его не слушал, а зря…

Я поднял ее голову, посмотрел ей в глаза, даже охотник внутри меня сдался, не говоря уже о разуме. Не знаю, что сейчас выражало мое лицо, но она перестала плакать. Я поцеловал ее. Несколько секунд и охотник пришел в себя. «Кровь» – потребовал он очень отчетливо. Он требовал свободы. Даже четверти моей силы хватило бы, чтобы убить ее. Все стоп! Я отстранился. Сейчас я больше всего на свете хотел, чтобы она дала мне пощечину и выставила за дверь, предварительно сказав, чтобы я убрался из ее жизни, и тогда она будет в безопасности от меня. Но этого не последовало…

– Пойдем, прогуляемся, – сказал я.

Она покачала головой. Я обнял ее еще на несколько секунд…

Я пристально смотрел на нее, пока она закрывала дверь, надеясь, что мой взгляд не совсем дерзкий. Я обнимал ее, когда мы спускались вниз по лестнице…

– Стой, Эрик.

Она подошла к своему почтовому ящику, открыла его, потянулась за письмом…

– Ой, – она отдернула руку.