— Блин, — он потянул меня еще ближе к себе и покрутил на месте. — Будет синяк. Почему ты мне не сказала, чтобы я был помягче?

— Это было слишком сладко, — призналась я, пискнув от боли, когда он снова потер пострадавшую щеку.

— Пойдем, я приложу лед, — сказал Рейнер.

Мы встали с пола. Я расправила платье в то время, как он надевал шорты. Не отводя взгляда, он погладил меня по голове, затем наклонился и наградил меня долгим страстным поцелуем. Нам пришлось прерваться потому, что резко открылась дверь и перед нами появился Макс в компании с Беллой и Пиппой. Я залилась краской и резко отпрянула от Рейнера. Мы оба так тяжело дышали, что сразу было понятно, чем мы тут занимались.

— Господи, какого черта вы оба тут делаете? — спросил Макс, расширив глаза от удивления.

— По-моему, не трудно догадаться, — Белла захихикала.

Макс разулыбался и обратился ко мне.

— Что случилось?

Я дотронулась до щеки и еще сильнее покраснела. Макс с еще большим удивлением смотрел на меня, а потом яростно сверкнул глазами в сторону Рейнера.

— Ты так жестко ее залюбил, что наставил синяков?

— Да не бил я ее, чувак, она случайно ударилась, — недовольно пробубнил Рейнер.

В этот момент Белла тоже удивленно таращилась на нас, но тут же начала озорно смеяться.

— О, Боже! Ну, вы и животные!

— Извините, — тихо сказала Пиппа. — Мне нужно выйти.

Она развернулась и покинула помещение. Возможно, это был слишком тяжелый разговор, но эта девушка должна знать, что происходит между мной и Рейнером. Я хотела обратиться к нему, но он бесследно исчез в попытке догнать ее. Приложив пальцы к синеющей щеке, я все поняла.

Снова Пиппа на первом месте.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ТОГДА - МАЛИ

Рейнер был сам не свой. Это было очень заметно, но я до сих пор не знала, что происходит. Мы находились в его комнате. Рейнер просто сидел и продолжительно смотрел в окно, куда-то вдаль, словно в любую секунду кто-то мог прийти и убить его. Я подошла и взяла его за руку, но Рейнер выдернул ее. Что-то определенно случилось. Это было написано у него на лице. Он повернулся и посмотрел на меня, и его глаза выражали пустоту.

— Рейнер, — я снова попыталась взять его за руку.

— Ты должна уйти, Эмали, — равнодушно сказал он.

— Но…

— Больше не буду повторять, уходи.

Я поднялась, сделала несколько кругов по комнате, и, наконец, встала прямо перед ним. Он избегал моего взгляда. Я подошла еще ближе, взяла в руки его лицо, и тогда Рейнер посмотрел на меня снизу-вверх. Странное выражение лица, словно пытается что-то преодолеть. Было видно, что он сдерживает эмоции, но не могла понять, зачем? Мы ведь уже стали очень близки, почему он пытается меня оттолкнуть?

— Рейнер, ты же знаешь, я не оставлю тебя. Я люблю тебя.

Он взял меня за запястья и оторвал их от своего лица.

— Тебе лучше уйти, Эмали. У меня больше нет сил, слишком тяжело.

— Нет, у тебя есть силы. Ты просто стараешься защитить меня, и я все понимаю, но ты ведь не можешь…

— Не могу что? — рявкнул он, вскочив с места. — Защитить тебя? Что ж, очень хреново! И пока у меня это не получается, я не хочу тебя видеть! Если для этого мне придется тебя потерять, пусть так, но ты должна уйти! Не звони мне больше, оставь меня в покое!

— Рейнер, — болезненный шепот слетел с моих губ, внутри все разрывалось от боли.

Он сделал шаг вперед и свирепо посмотрел мне в глаза.

— Эмали, сделай это ради меня.

— Но ведь я люблю тебя и… — мой голос сорвался.

Он взял в ладони мое лицо.

— И я тебя люблю. Безумно люблю, черт возьми. Вот поэтому тебе нужно оставить меня. Отпусти, прошу. Не звони, не ищи встреч. Если любишь, то сделаешь это ради меня.

— Рейнер, мне так страшно. Я не хочу тебя потерять.

— Тогда самое лучшее решение – это расстаться.

— Прошу тебя, — тихо умоляла я.

Он наклонился, прижался к моим губам, затем отошел назад.

— У тебя есть выбор. Уйти и позволить мне справиться со всем, либо оставайся и смотри, как ухожу я.

— Рейнер…

— У меня нет времени ждать, пока ты решишь.

— Я не хочу тебя терять! — кричала я в отчаянии.

— Тогда выйди через дверь.

Я сделала шаг назад, руки дрожали. Мы посмотрели друг на друга. Рейнер выглядел взрослым и безумно решительным как никогда. Глядя в глаза любимого человека, я не смогла сдержать слез. Рейнер замечательный, и мне хотелось, чтобы так было всегда. Но если мое присутствие подвергало его опасности, тогда я должна была сделать все, как он говорит. Я мне нужно было уйти.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

— Я тоже тебя люблю, маленькая.

Я подошла, нежно поцеловала его в губы и скрылась в дверях

Мое сердце было разбито.

~*~*~*~

Прошло двенадцать дней.

Он так и не вернулся.