Читаем Раз став героем полностью

- Сэр, я уверена, капитан Хэрне имела причины так считать. Осмотрительность - моя привычка. Я должна быть уверенной, что понимаю ситуацию полностью, до того как высказывать свое мнение. Таким образом я никогда не предлагала решений первой и не строила предположений, когда капитан ставила перед нами какую-нибудь задачу.

- Вас не возмущало ее мнение?

- Нет, - искренне ответила Исмэй. - Я думала, что она права.

- И вас это удовлетворяло?

- Сэр, я сама себя не удовлетворяла, но мнение капитана выглядело справедливым.

- Я заметил, вы используете прошедшее время... Вы до сих пор считаете, что оценка капитана на ваш счет точна?

- Протестую, - быстро вмешался Чапин. - Лейтенант Сьюза должна охарактеризовать собственные действия, и сравнение ее настоящей самооценки с характеристикой капитана Хэрне в то время к делу не относится.

Наконец все свидетельства были предоставлены, все вопросы заданы и перезаданы, а обвинение изложило все доводы. Исмэй ждала, пока офицеры совещались. В отличие от слушания Комиссией, сейчас она оставалась в зале суда, тогда как заседатели вышли.

- Дышите глубже, - приказал Чапин. - Вы снова побледнели... Но вы молодец.

- Все оказалось так... так запутанно.

- Ну, если бы они позволили делу выглядеть таким же простым, каким оно является на самом деле, для суда не было бы иной причины, кроме как правила Устава. Процесс освещает пресса, и им не хочется, чтобы дело выглядело простым. Они хотят показать, что были доскональны и требовательны.

- Вы можете сказать...?

- Чем все закончится? Если вас не оправдают по всем пунктам обвинения, я буду очень удивлен. У них есть доклад Комиссии, поэтому они знают, что за ошибки вас уже перетерли. И если вас не освободят, мы подадим аппеляцию, так даже проще, не будет столько прессы. Кроме того, они уже нашли плохое яблоко, молодого Арфана.

Заседатели вернулись, и Исмэй поднялась с бьющимся сердцем, не смея вздохнуть. Что ее ждет?

- Лейтенант Исмэй Сьюза, по решению трибунала вы освобождаетесь от обвинений по всем пунктам, выдвинутым против вас. Все заседатели проголосовали "за". Поздравляем, лейтенант.

- Спасибо, сэр.

Исмэй удалось устоять на ногах во время заключительной церемонии, когда ей снова пришлось благодарить каждого офицера суда и прокурора, который не травил ее вопросами и вообще казался дружелюбным и безобидным.

- Я знал, что у нас нет ни шанса, - признался он, пожимая ей руку. Доказательства были ясны с самого начала, в самом деле, но пройти через это было необходимо. Если бы только вы ни появились пьяной до чертиков и ни оскорбили адмирала, вам ничего не грозило.

- Я не чувствовала себя в безопасности, - сказала Исмэй.

Он рассмеялся:

- Я выполнял свою работу, лейтенант. Предполагается, что я должен напугать обвиняемого так, чтобы он прочувствовал свою вину на сто процентов. Просто вам не за что было чувствовать вину, - он повернулся к Чапину. Фрэд, почему тебе всегда достаются легкие дела? Последний, кого мне пришлось защищать, был ничтожным подлецом, который шантажировал рекрутов.

- Это награда за мои добродетели, - вежливо ответил Чапин, и они оба рассмеялись.

Исмэй чувствовала себя лишней. Ей хотелось найти тихое местечко, где можно было бы проспать неделю.

- Что собираетесь теперь делать, лейтенант? - спросил один из офицеров.

- Возьму отпуск, - ответила она. - Пройдет еще какое-то время, пока мне дадут новое назначение. У меня есть тридцать дней, чтобы съездить домой. Я не была на родине с тех пор, как уехала поступать в Академию.

Исмэй не хотела ехать домой, но не знала как еще избежать внимания прессы.

Глава четвертая

Исмэй думала, что последние журналисты оставили ее в покое за две остановки до Алтиплано. Но когда она вышла на посадочную палубу, яркий свет на мгновение ослепил ее. Конечно, понять, куда она направляется, было не трудно. Исмэй сжала челюсти и продолжила свой путь. Пусть наслаждаются тем, как она идет по станции, кто-то даже сможет пробраться на шаттл, но как только она ступит на землю, им до нее больше не добраться. Хоть что-то хорошее выйдет из этого превратно истолкованного путешествия домой.

- Лейтенант Сьюза!

Исмэй сделала несколько шагов, прежде чем поняла, что этот голос не принадлежал ни одному из журналистов, требовавших от нее комментариев. Оглядевшись, она увидела дядю Бертоля в форме и мысленно застонала, представляя реакцию знакомых из Флота, когда они увидят передачу новостей. Поймав ее взгляд, он вытянулся в постойке смирно и вскинул руку, отдавая честь. Исмэй вздохнула, приготовившись к новой волне вопросов и вспышек камер, остановилась и тоже отсалютовала. Когда отец написал, что не приедет ее встречать, она подумала, что вообще никто не приедет, поэтому совсем не ожидала увидеть Бертоля.

- Рад тебя видеть, Исмэйя, - сказал он, шагая сквозь толпу журналистов с таким видом, что те сами отступали в сторону.

- И я вас, сэр, - ответила она, ни на секунду не забывая о неотступно следовавших за ними камерах.

- Зубы божьи, Исмэйя, какой я тебе сэр.