Губы Сахили вытянулись в прямую линию, а её глаза стали узкими щёлочками. — Я знаю, что это такое, — произнесла она ледяным тоном. Запустив руку в небольшой кошель на боку, она вытащила оттуда нечто, поначалу казавшееся маленьким клубком золотой проволоки. В мгновение ока клубок размотался, превратившись в механическую колибри из золота, которая зависла перед лицом Сахили. Та коротко кивнула. Птичка кивнула в ответ.

Затем она стремительно взмыла в воздух, перелетев через щит Тейо. Не сбавляя скорости, она врезалась прямо в лоб вечному, прошила его голову насквозь и вылетела из затылка. Вечный споткнулся и упал. Но птичка и не думала останавливаться: она проделала то же самое ещё с одним вечным. И ещё с одним.

Уатли обнажила короткое изогнутое оружие, подобных которому Тейо никогда прежде не видел. Она кивнула ему. Он не понял, чего она хочет, но кивнул в ответ. Кажется, это было признаком хорошего тона.

— Выпусти меня, — отрывисто произнесла она.

Тейо, чувствуя лёгкое смущение, снова кивнул. Его четырёхугольник уменьшился до треугольника, прикрывающего только Сахили и его самого. На миг Тейо отвлёкся на мысль о том, что он сумел провернуть столь аккуратный трюк со щитом, ничего при этом не напевая. Он не мог вспомнить, в какой момент прервал песнопения, но уже некоторое время он творил сложные фигуры без слов, даже не замечая этого.

Он мрачно усмехнулся: Аббат бы не одобрил.

Уатли, между тем, весьма недурно справлялась с убийством вечных.

Сражение не обошлось без жертв. Груулский огр вырвался вперёд, оставив товарищей слишком далеко позади. Хотя он успел размозжить пять или шесть лазотеповых черепов своим каменным молотом, в конце концов вечные облепили его со всех сторон, повалили наземь и нанесли ему примерно тридцать колотых ран. Шаманка симиков слишком долго творила очередное заклинание, и в результате была обезглавлена. Перед смертью упавшая голова успела произнести несколько последних слов, нужных для завершения ритуала, и убившее её существо взорвалось, забрызгав всё вокруг жижей вперемешку с лазотепом.

Несмотря на эти ужасные несчастья, битва завершилась всего несколько минут спустя. Они победили, не оставив в живых — или в немёртвых — ни единого вечного. Пока маленькая толпа героев пыталась перевести дух, Тейо услышал далёкий, но всё равно оглушительный ТРЕСК, словно от грозовых раскатов в сердце Западного Облака. Все повернулись на звук. С их наблюдательной точки на возвышенности было хорошо видно четвёрку исполинских вечных, грозно нависшую над далёкой площадью Десятого района.

— Ух ты. Какие большие, — сказала Крыска.

Самут выругалась.

— Что они такое? — спросила Кайя.

— Они были нашими богами, — с горечью ответила Самут. — Но Болас убил их, или приказал их убить. Теперь они принадлежат ему. Его Вечные боги.

Впервые за несколько часов Тейо вспомнил, что значит «изумление».

Вся группа безмолвно взирала на то, как четверо огромных Вечных богов вцепились в не менее огромного элементаля и повалили его на землю.

Тишину нарушил Домри Рейд... своим радостным возгласом: — Юхху! Нет, вы видали? Да они же отметелили Виту-Гази! Крокт подери, они преподали этим селезнийским слюнтяям неплохой урок!

Двое или трое из его людей кивнули и одобрительно хмыкнули. Остальные таращились на него, не веря своим ушам.

— Груулы, мы выбрали не ту сторону! — продолжил Рейд. — Этот дракон умеет отрываться на полную катушку! Он сотрёт в порошок гильдии! Сотрёт в порошок всю Равнику! Разве не этого мы всегда хотели? Когда гильдии падут, воцарится хаос, а когда воцарится хаос, главными будут груулы! Сечёте, что говорю? Мы теперь за дракона!

Ган Шокта пристально посмотрел на Домри и прошептал, с трудом держа себя в руках: — Рейд, ты правда станешь служить такому хозяину?

— Не служить, братан. Помогать.

— Ты не видишь разницы, мальчик. Ты не вождь. Ты ведомый. Я возвращаюсь к Борборигмосу.

Рейд, казалось, опешил. Здоровяк угрюмо посмотрел на него сверху вниз, затем развернулся и зашагал прочь, даже не взглянув — снова — на Крыску.

Вместо него это сделал Тейо; она, как водится, пожала плечами, видимо, считая, что в его безразличии к ней нет ничего необычного.

Домри понадобилась пара мгновений, чтобы проглотить обиду. Затем он воскликнул: — Забудьте Гана Шокту! Он тоже старый слюнтяй! Вы что, не видите — это наш шанс!

— Ты глупец, Рейд, — отрезала Кайя. — Болас не держит слово даже с теми, кого сам выбирал себе в союзники. Ты хочешь явиться к нему незваным и надеешься, что он примет тебя с распростёртыми объятьями?

Но Домри не придал значения её словам. Он повёл воинов вниз с возвышенности, к площади, выкрикивая на ходу: — Помощь идёт, дракон! Вместе мы их всех размажем!

Кайя выглядела настолько рассерженной, что казалось, сейчас она бросится за ним и за шиворот притащит обратно.

Но с другой стороны возвышенности к ним уже поднимался новый сноп вечных. Испустив коллективный тяжкий вздох, они приготовились к следующей битве.

Глава XXVII

Дак Фэйден