Читаем Равника (ЛП) полностью

Я кивнула. Мне хотелось как-то их развеселить, но я не справилась. Я сказала: — Вот только вы оба — мироходцы. Рано или поздно вы покинете Равнику.

Я сразу же пожалела об этом.

К чему заставлять их чувствовать себя плохо? Кому это поможет? Не мне, это уж точно. Знаете, мне бы хотелось, чтобы моим друзьям было хорошо.

Мы медленно пошли мимо празднующих и скорбящих. Война Искры была окончена. Оставалось только собрать осколки и найти в себе силы начать всё заново.

Вскоре мы добрели до скопления мироходцев и равничан, споривших о том, как им поступить с Бессмертным Солнцем.

— Уничтожить проклятую штуковину! — отрезал господин Сердитый Минотавр.

Госпожа Рай возразила: — Но ведь это потрясающее произведение...

— Это потрясающая мышеловка для мироходцев. В которую я попался дважды. И вот что я вам скажу: я вовсе не горю желанием попадаться в неё снова.

Королева Враска, обвив левую руку господина Белерена своей правой рукой, рассудила: — Уничтожить его может быть легче сказать, чем сделать. Оно создано невероятно могущественным волшебством и усилено Искрой самого Азора.

Господин Белерен почесал щетину на подбородке. — Кроме того, эта штуковина может нам пригодиться — например, чтобы выследить и поймать Теззерета.

— Или Довина Баана, — добавила госпожа Налаар.

— Или Оба Никсилиса, — предложил господин Карн.

— Или, — сказала госпожа Лучница, — Лилиану Весс.

При упоминании Врановолосой госпожи господин Белерен и госпожа Налаар одновременно вздрогнули. Королева Враска озабоченно посмотрела на господина Белерена. Госпожа Баллард и господин Тефери обменялись многозначительными взглядами. Было очевидно, что всех их с некроманткой связывала непростая история. Это отвлекло меня от собственных неприятностей, и я задумалась, какой могла быть эта история… и что из неё получится в конце.

Они так ничего и не решили, когда оставшиеся члены Дозора — госпожа Ревейн и господин Златогрив — прибыли вслед за госпожой Аурелией, которая бережно несла закопчённый нагрудник господина Джуры, словно тот был священной реликвией.

Госпожа Налаар предложила: — Мы должны похоронить его в Теросе. Мне кажется, Гидди бы это понравилось.

— Ему бы понравилось знать, — возразил господин Златогрив, — что это ещё не конец.

— Это ещё не конец? — в ужасе переспросил Тейо.

Господин Златогрив усмехнулся, и, желая приободрить Тейо, положил ему на плечо свою огромную лапу. — Я уверен, что угроза Никола Боласа окончательно миновала, — затем он повернулся, обращаясь ко всем присутствующим. — Но мы не можем притворяться, что Болас был последней угрозой для Мультивселенной. Если мы действительно хотим почтить память нашего друга Гидеона, нам нужно договориться, что, когда возникнет новая угроза, Дозор не останется в стороне.

Госпожа Налаар обернулась на уничтоженную Канцелярию Договора и сказала: — Мы лишились нашего клуба.

— Нам не нужен клуб. Всё, что нам нужно — обновить наши Клятвы.

— Аджани, мы все уже обновляли их сегодня, — вздохнул господин Белерен. Он казался слегка усталым — а может, раздражённым. — Тебе не кажется, что одного раза в день вполне достаточно?

Господин Златогрив нахмурился. Его лапа на плече у Тейо непроизвольно сжалась. Леониец не поранил его, но Тейо поморщился от боли.

Госпожа Кайя заметила это и аккуратно убрала лапу, позволив Тейо выдохнуть с облегчением.

Я не удержалась от смешка. Мы с Тейо обменялись улыбками.

У него очень красивая улыбка…

— Пожалуй..., — пробормотала госпожа Кайя, — пожалуй, я могла бы принести Клятву.

Госпожа Налаар посмотрела на неё с надеждой и спросила: — В самом деле?

Мастер Зарек посмотрел на неё с недоверием и спросил: — В самом деле?

— Я далека от идеала…, — начала Кайя.

— Как и все мы, уж поверь мне, — печально вставил господин Джейс.

Королева Враска насмешливо фыркнула.

Но госпожа Кайя сделала вид, что не слышала их обоих. — Я была убийцей и воровкой. У меня был свой моральный кодекс, но первым пунктом в нём значилось «Береги свою задницу». У меня есть способность просачиваться сквозь любые жизненные преграды, не давая никому и ничему коснуться меня. В этом буквальная суть моей силы, но со временем это стало и моей эмоциональной сутью. Однако время, проведённое в Равнике в качестве убийцы, воровки, невольного гильдмейстера и, пожалуй, ещё более невольного воина, не прошло для меня даром. Сражаться рядом с вами было честью для меня. Это самая страшная, и в то же время лучшая вещь, которую я делала в своей довольно-таки сумасшедшей жизни. То, что Дозор сотворил здесь сегодня, — она покосилась на броню в руках госпожи Аурелии, — чем вы пожертвовали здесь сегодня... что ж, не сочтите за банальность, но это послужило примером всем нам. Если вы не против, я бы хотела стать частью этого. Я хочу, чтобы вы знали — если где-нибудь случится беда, вы всегда можете позвать меня, и я приду на помощь.

— Мы будем этому рады, — заверила её госпожа Налаар.