Читаем Расул Гамзатов полностью

И пусть я таю, как в ночи свеча,В моей душе ещё немало света...


Творчество Расула Гамзатова — бесценное национальное достояние, и выход книги о нём в классической серии «Жизнь замечательных людей» — событие долгожданное. Он таким и был — замечательным человеком, выдающимся поэтом и великим гражданином нашего отечества.

ОТ АВТОРА


Аулы горцев напоминают античные амфитеатры, где вместо кровли — небо и звёзды. Горским поэтам, жаждущим донести своё слово до людей, приходилось вступать в диалог с вечностью.

Как резчик по камню, оставляющий свои письмена на века, Гамзатов запечатлел на скрижалях истории дух родного народа.

Добрая улыбка, проницательный взгляд, пронзительное слово, юмор, мгновенно обретающий статус народной мудрости, — это всего лишь несколько черт Гамзатова.

Выдающийся поэт, вдохновенный оратор, человек-эпоха — и это далеко ещё не весь Расул Гамзатов.

Творчество Гамзатова позволило соприкоснуться с миром любви и красоты нескольким поколениям читателей.

Но бремя славы не заслоняло его неустанного стремления к совершенству. Хранитель тайны поэзии, он утверждал её красоту и жизненную необходимость наперекор губительным веяниям времени.

Могучая энергия творческого дара Расула Гамзатова властно теснила обитателей поэтического Олимпа.

Время повергло псевдокумиров, казавшихся незыблемыми на литературных пьедесталах. Но Гамзатов по-прежнему восседает на своей поэтической вершине, и он неизменный тамада на пиршестве любви и поэзии.

Юношеская страстность и вместе с тем чеканность мысли, пронзительная точность характеристик, завораживающе образная речь, обращённая дальше, чем просто к читателю... Всё это рождает ощущение, что на самом деле Расул Гамзатов — нечто большее, чем наше представление о нём. Это «нечто большее» было путеводной звездой творчества Гамзатова.

С годами в поэзии Гамзатова всё явственнее проступал дар Гамзатова-мыслителя. А его философские размышления, великолепная публицистика и блистательный ораторский дар сделали его общепризнанным народным трибуном.

Беспредельный талант Гамзатова не умещался между обложками изданий, и необыкновенная судьба его вряд ли уместится в этой книге. Слишком много в ней было триумфов, творческих побед, больших свершений, но немало было и драм, ошибок и завистливой клеветы.

Творчество Расула Гамзатова как высокое проявление национального духа укрепило общественное самосознание дагестанцев и усилило чувство уникальной культурной самобытности.

Если век XIX в истории Дагестана навечно связан с именем имама Шамиля, то XX век навсегда будет украшен поэтическим гением Расула Гамзатова.

С Расулом Гамзатовым ушла великолепная культурная эпоха, когда Кавказ открылся миру великой плеядой творцов, ставших голосом и сердцем своих народов.

Малым народам нужны большие поэты. Они, как в математике, возводят национальную культуру в планетарную степень.

Жизнь поэта представляется счастливой и безоблачной, но эта книга, возможно, откроет читателю, сколь трудна и коварна была судьба Расула Гамзатова на самом деле. Какого мужества требовало от поэта время, чтобы остаться поэтом на все времена.

СТРАНА ПОЭТОВ


История Дагестана полна легенд и преданий. Эпос и фольклор уходят корнями в толщу веков. Притчи горцев во многом напомнят басни Эзопа, сказания — «Илиаду» Гомера, в легендах отзовётся Прометей, прикованный к кавказской скале. Но в культуре горцев много и своего, самобытного, чего не найти за пределами этой древней горной страны. Дагестан лишь ждал своего Орфея, своего Данте, который поведёт читателя к чудесным поэтическим вершинам.

Дагестан называют Страной гор и Горой языков. Народов здесь много, и языки у них разные. Но обычаи, характер и вольнолюбивый нрав горцев похожи, как сходен пейзаж гор, ущелий и долин. Бережно сохраняются традиции гостеприимства и куначества, почитания старших и уважения к женщине. Приезжий найдёт кров и защиту в любом доме. А женщина может остановить самую жаркую схватку, бросив между противниками свой платок.

Горцев, которым веками приходилось отстаивать свою свободу, считают людьми суровыми и мужественными, горянок — скромными и сдержанными. Но послушайте их песни, в которых открывается душа горцев, и вам откроется другой Дагестан — страстный, пылкий и вечно влюблённый.

Любовь рождает поэзию. Потому, наверное, Дагестан называют и Страной поэтов.

У аварской поэзии есть свой Парнас — Хунзахское плато, здесь родилась, жила, творила блистательная плеяда поэтов. Плато вознесено высоко в горы, обрываясь водопадами в пропасти и каньоны. Считается, что аварский язык сохранился там в своей чистоте, он принят как литературный.

Прежде, когда хороших дорог не было, в Хунзах летали самолёты. И едва пассажиры попадали из громыхающего салона Ан-2 (или «кукурузника», как его прозвали) в горный покой, как их окутывал неповторимый густой аромат разнотравья. Оттуда открывается замечательный вид на необъятное плато, на столицу Аварии Хунзах, на аулы и горные хребты.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
100 знаменитых людей Украины
100 знаменитых людей Украины

Украина дала миру немало ярких и интересных личностей. И сто героев этой книги – лишь малая толика из их числа. Авторы старались представить в ней наиболее видные фигуры прошлого и современности, которые своими трудами и талантом прославили страну, повлияли на ход ее истории. Поэтому рядом с жизнеописаниями тех, кто издавна считался символом украинской нации (Б. Хмельницкого, Т. Шевченко, Л. Украинки, И. Франко, М. Грушевского и многих других), здесь соседствуют очерки о тех, кто долгое время оставался изгоем для своей страны (И. Мазепа, С. Петлюра, В. Винниченко, Н. Махно, С. Бандера). В книге помещены и биографии героев политического небосклона, участников «оранжевой» революции – В. Ющенко, Ю. Тимошенко, А. Литвина, П. Порошенко и других – тех, кто сегодня является визитной карточкой Украины в мире.

Татьяна Н. Харченко , Валентина Марковна Скляренко , Оксана Юрьевна Очкурова

Биографии и Мемуары
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное