Читаем Растаман полностью

Сегодня в первый раз за четыре недели я слился три раза подряд. Штраф за многократную смерть лишал рациональности продолжать сегодня игру и по обоюдному согласию было решено выйти в реал, чтобы продолжить завтра.

В отличие от предыдущего этажа, на текущем 34 мобы прибавили по 5 уровней, что делало борьбу в одиночку очень сложной, несмотря на группу поддержки. Возникала мысль, что иКсин игры решил притормозить нашу читерскую пати, вынудив покинуть Муритские пещеры.

Наш повар достал из своего инвентаря кирку и пошел обстукивать штольни, пару дней назад истек четырех недельный срок как мы вошли в инстанс. Мурит был не передаваемым материалом и шахтер звал меня, если в добываемой руде попадался редкоземельный камень. В инвентаре уже болталась несколько самоцветов, найденных накануне.

Оглядевшись я заметил хилла которая осталась сидеть у костра, вороша веточкой угли. Остальные участники пати уже покинули игру. Просидев в тишине минут десять, я вспомнил, о чем давно хотел спросить.

-Вирга, - не поворачиваясь к собеседнице, я так же как и она смотрел на тлеющие угли: - Как тебя угораздило попасть в команду к Гимону?

-А я и не из его команды, - открестилась она.

«-Странно, - подумал я: - Из двадцати человек, что пришли в столичную таверну, только трое вошли в состав нынешней пати, и сидевшая рядом со мной, была в их числе»

-А как тогда попала на встречу? – мне стало интересно и я повернулся к ней лицом.

-Ты наверно не в курсе, если задаешь такие вопросы, - я уже смирился с ее постоянной усмешкой на мои слова за последние недели: - На официальном форуме есть несколько коллективов, которые поддерживают игрока КАМАЗ, и я лидер второй по значимости группировки.

Новость была неожиданной и невольно обнажала мое истинное пофигистическое отношение к вписавшимся за меня людям. Врать не хотелось, как не хотелось и демонстрировать полное не владение ситуацией в поднятом вопросе.

-А что вас рознит? Почему вы не вместе? - переборов свое замешательство, я принялся восполнять пробелы.

-Ну, - она затянула с ответом, решая как лучше сказать: - у нас разные цели.

-Расскажешь? – попросил я.

-Если по простому, то Гимона интересует только рейтинг нашего мегаполиса, - отложив ветку в сторону, она полуобернулась ко мне: - Цели моих соратников простираются несколько дальше.

-Это куда же дальше? – удивился я, пытаясь сообразить, что еще есть в игре, что может быть круче, чем Арена Большой Игры, на которой встречаются чемпионы от каждого из мегаполисов нашей планеты.

Двадцатиминутный монолог Вирги приоткрыл для меня ее взгляд современную жизнь.

Каждый человек, проживающий на планете, знает с самого раннего возраста, что жители каждого мегаполиса отличаются друг от друга. Помимо климатических и экологических параметров, на будущее человечества оказывает влияние иКсины городов, вносящих незначительные модификации в каждое последующее поколение новорожденных людей. Ни для кого не было секретом, что изменения происходят из-за еды, добавками в которую влияют на общий генофонд. Рабочее население не имело возможности приобретать дорогую пищу, что в свою очередь обеспечивало максимальный индекс мутаций у последующих поколений. Обеспеченная часть населения была меньше подвержена вторжению в личный генокод, имея средства для покупки как свежих продуктов, так и для поддержания здоровья в вирт-капсулах.

Со слов Вирги, ситуация была совершенно обратной. Еда никакого отношения не имела к вносимым изменениям. А тотальный контроль за всеми жителями мегаполисов позволял без труда выявить семью, решившую завести ребенка. Яйцеклетка такой женщины оплодотворялась в момент прохождения ежегодной медкомиссии, являющейся обязательным мероприятием для всего населения. Мужчины с ее слов были полностью стерильны в современном мире и не могли вмешаться в этот процесс априори.

Но самое интересное оказалось в том, что наибольшим мутациям были подвержены не свободные граждане, а как раз богатые слои населения. Для того чтобы ребенок развивался правильно, его тело должно было постоянно проходить коррекции, что и было реализовано при помощи навороченных вирт-капсул, подсоединённых к медицинскому центру.

Для простых рабочих, таких как я, во время зачатия использовался выкалиброванный генокод, который не требовал пожизненного контроля со стороны иКсина города. Удостоверившись, что ребенок развился нормально, искусственный интеллект терял к нему интерес, отправив тело в свободное плавание взрослой жизни трудовой пчелки.

-Ты помнишь пятикратного чемпиона Большой Игры, сошедшего с Арены так и оставшись не побежденным, Великого ТОМОРа? – спросила меня Вирга и дождавшись моего кивка она продолжила: - Именно его генокод сейчас используется для оплодотворения рабочего населения нашего мегаполиса.

-Откуда ты все это знаешь и при чем здесь ТОМОР? - свалившиеся новости выбивали из колеи.