Читаем Рассказы полностью

- Двадцать тысяч от Барка? Девушка должна быть просто великолепной! Но откуда он взял столько денег?

- У вас.

Эксфорд выпрямился.

- У меня?

- Да. По вашему чеку.

- Неправда.

Эксфорд не дискутировал со мной - он просто констатировал факт.

- Значит, вы не давали ему первого числа этого месяца чек на двадцать тысяч долларов?

- Нет.

- Может, мы вместе съездим в Голден-Гейт-Трест-Компани? - предложил я.

Через десять минут мы были в кабинете Клемента.

- Я хотел бы увидеть свои учтенные чеки, - сказал Эксфорд.

Юноша с лоснящимися светлыми волосами принес их молниеносно - довольно толстую папку, - и Эксфорд поспешно отыскал среди них тот, о котором я упомянул. Он долго рассматривал его, а когда потом взглянул на меня, то медленно, но решительно покачал головой.

- Никогда до этой минуты не видел его.

Клемент вытирал лоб белым платком и пытался сделать вид, что не сгорает от любопытства и опасений, не окажется ли банк обманутым.

Миллионер взглянул на подпись на обратной стороне чека.

- Чек учтен Барком первого числа, - сказал он так, как если бы думал о чем-то совсем другом.

- Могли бы мы поговорить с кассиром, который принял чек на двадцать тысяч долларов у мисс Делано? - спросил я у Клемента.

Толстым розовым пальцем Клемент придавил перламутровую кнопку, и через минуту в комнату вошел невысокий, бледный, лысый мужчина.

- Помните ли вы, как несколько недель назад приняли чек на двадцать тысяч долларов у мисс Джейн Делано?

- Да, разумеется.

- Как это было?

- Значит, так... мисс Делано подошла к моему окошку вместе с мистером Барком Пэнбурном. Это был его чек. Сумма показалась мне высоковатой, но бухгалтер сказал, что чек имеет обеспечение. Мисс Делано и мистер Пэнбурн смеялись и разговаривали, а когда я перечислил данную сумму на ее счет вместе ушли. Вот и все.

- Этот чек - фальшивый, - медленно проговорил Эксфорд, когда кассир возвратился к себе. - Но, разумеется, вы должны утвердить операцию. И этим дело должно закончиться, мистер Клемент. Попрошу вас больше к нему не возвращаться.

- Разумеется, мистер Эксфорд, разумеется.

Когда бремя в виде двадцати тысяч долларов свалилось с плеч его банка, Клемент был готов улыбаться и поддакивать.

Эксфорд и я вышли из банка и сели в машину. Однако он не сразу включил мотор. Невидящими глазами всматривался он в поток машин на Монтгомери-стрит.

- Хочу, чтобы вы отыскали Барка, - сказал он наконец, его низкий голос не выражал никаких чувств. - Я хочу, чтобы вы его отыскали, но никакого скандала быть не должно. Если моя жена узнает... Нет, она не должна ничего узнать. Она считает своего брата невинным младенцем. Я хочу, чтобы вы отыскали его для меня. О девушке можете не думать, это уже не главный вопрос, хотя мне кажется, что там, где вы найдете одно, обнаружится и другое. Меня не интересуют эти деньги, так что вы не особенно старайтесь их отыскать. Опасаюсь, что это трудно было бы сделать без огласки. Я хочу, чтобы вы отыскали Барка, прежде чем он наделает еще худших глупостей.

- Если вы хотите избежать нежелательной огласки, - сказал я, - то самым разумным было бы придать делу огласку желаемого. Объявим, что он исчез, поместим в газетах его фотографию и так далее. Это будет убедительно. Он ваш шурин и поэт. Мы можем сказать, что он человек больной - вы мне говорили, что он всю жизнь был слабого здоровья, - и мы опасаемся, что он умер где-то неопознанным... О девушке и деньгах вообще не следует упоминать. Наше объяснение удержит людей, особенно вашу жену, от нежелательных домыслов, когда факт его исчезновения станет известен. А он наверняка станет известен.

Моя идея не очень ему понравилась, однако мне удалось настоять.

Итак, мы отправились на квартиру Пэнбурна, куда нас впустили. Я обыскал комнаты сантиметр за сантиметром, заглянул в каждую дыру и щель, прочел все, что можно было прочесть, даже рукописи, и не нашел ничего, что пролило бы свет на его исчезновение.

Найдя его фотографии, я из нескольких десятков выбрал пять. Эксфорд подтвердил, что все его сумки и чемоданы были на месте. Чековой книжки Голден-Гейт-Трест- Компани я не обнаружил.

Остаток дня я потратил на предоставление газетам всего того, что мы хотели видеть напечатанным. В результате мой бывший клиент получил великолепную прессу - информация с фотографией на первых страницах. Если в Сан-Франциско и был кто- нибудь, кто не знал, что Барк Пэнбурн, шурин Р. Ф. Эксфорда и автор книги "Песчаные земли и другие стихи", исчез, то это означало, что он либо не умел, либо не хотел читать.

Наше обращение к прессе принесло результаты. Уже на следующее утро со всех сторон начала поступать информация от множества людей, которые видели исчезнувшего поэта в десятках мест. Кое-что из этой информации звучало обнадеживающе или, по меньшей мере, правдоподобно, большая же часть ее, однако, была совершенно абсурдной.

Когда я после проверки одного из таких, на первый взгляд, обещающих заявлений возвратился в агентство, мне сообщили, что Эксфорд просил, чтобы я с ним связался.

- Вы можете приехать в мою контору? - спросил он, когда я позвонил.