Читаем Рассказы полностью

  - Вот как? - наконец-то части головоломки в моей голове встали на места. Значит, все-таки операция КГБ. Цвигун заслал Луантину вместе с этим мерзким крысо-псом, они спровоцировали нападение, выдали капитану бронежилет, подготовили адский фокус с засадой в камбузе. Кстати, как нам теперь плыть без компота?

  Я пожал руку Недодубову и дальним бортом двинулся к радиорубке. Нужно было связаться с Романовым, успокоить старика и настучать на КГБ. На полуюте ко мне бросился боцман и от всего сердца подарил трофейный никелированный "кольт": перламутровые "шечки", позолоченный целик и платиновый спусковой крючок мне понравились. Я пожал руку добряку Косьянову, сунул пистолет за пояс.

  Пса я благополучно обошел, но наткнулся прямо на прибалтийку. Луантина вместе со старпомом ходила на баркасе вокруг "Нежина", вылавливая глушенную рыбу, всякое пиратское имущество и составляя акт на использование агитационных материалов в незапланированной планом политподготовки бомбардировке. К сожалению, именно сейчас блондинке взбрело подняться на палубу. Я попятился.

  - Куда, Витя? - нежно улыбнулась девушка.

  Я застонал: инстинкт требовал немедленно запереться в гальюне, но эта улыбка и волнующий акцент... Впрочем, бежать было поздно: белая рука ухватила меня за лацкан смокинга и приперла к стенке рубки.

  - Пара слов для заключительного анализа, - процедила Луантина.

  - Почему "заключительного"? - занервничал я.

  - Так положено. В лабораторный журнал заносится цель эксперимента, ход исследования и краткий вывод. В финальной части уместно краткое интервью с объектом наблюдения. Витя, ты по какому праву тут лазишь и зачем опошляешь советскую действительность? Кто вы, Витя Селезнев?

  Я поправил бабочку на шее, и, не пытаясь освободиться от удивительно цепкой хватки девушки, с достоинством пояснил:

  - Я - бог!

  - Точно - бог? - с явным недоверием уточнила Луантина.

  Я чувствовал что пора как-то смягчить ситуацию. Готовность к компромиссам вообще самая сильная сторона моего характера.

  - Ладно, не дави так. Я - полубог!

  - Полубог? Гм, ну допустим... - девушка явно задумалась, перестала быть девушкой - этакая тетка под "полтинник" и лапа ужасающе, до зелени, загорелая. - Полубогов я знаю. Античных много повидала. Неполные семьи, тяжелое детство, дурное воспитание, неупорядоченная половая жизнь. Мания величия, паранойя с шизофренией, вздутый эдипов комплекс, иные перверсии...

  - Нет у меня никакого комплекса!

  - Да? Значит, усугубленный перекос в сторону многостороннего экстремизм-приапизма-сатурнизма, - странная исследовательница, наконец, отпустила мой ворот и зачем-то обтерла ладонь о стройотрядовские штаны. - Витя, ты не особо мне нравишься, но обязана предупредить из смутно-гуманных побуждений: ты поосторожнее с этими полубожественными ухватками. Нынче не античность. Всякого венерического полно, СПИД на подходе. Интимные отношения с лохматыми личностями до добра не доведут.

  - Какие еще лохматые личность?! Ты про Толяна, что ли? Так он просто электрик. Ничего личного.

  - Вот-вот. Электрики, сантехники, хотя чаще балеруны, парикмахеры, дизайнеры и личные секретари. Богемная банальщина. Впрочем, твое дело. Пой, танцуй, богемься, песенки воруй. Но к дедушкам из ЦК не лезь. Пусть доживут спокойно. Они ошибок наделали, но то их ошибки. Жадным воришкам их не исправить. Калибр у тебя мелковат.

  - Мелковат?! - я выхватил пистолет, направил в лоб девушке. - Тебя кто на меня навел? Говори, живо!

  - Ой-ой, сурово как. Пульки-то в пистоле проверил? Или у полубогов всегда все стреляет, пусть и на "Медвежьей" подпитке? Запомни, шмондюк самонадеянный, - нас наводить не надо, мы - самонаводящиеся. Верно, Блэкх?

  - Рррр!

  Проклятый бульдог сидел у моих ног и очень внимательно рассматривал нижнюю часть смокинга. Из угла пасти капала слюна. Я остро запредчувствовал, что сейчас мне станет легче.

  - Прикажи, чтоб не кусал, - прошептал я.

  - Да он вообще не кусается. Сходу рвет в клочья!

  Пистолет у меня отобрали и дали щелбана в лоб. Покоряясь грубой силе, я опустился на корточки, прикрыл голову руками.

  - Унылые вы. Предсказуемые. Даже пафос не спасает, - вздохнула Луантина и ткнула стену рубки кулаком - крашенный картон треснул, открыл широкую темную прореху. Горизонт Малаккского пролива дрогнул, с него посыпались чешуйки масляной краски и гуаши. Мой замечательный мир грозил рассыпаться.

  - Пошли, Блекх, надоело здесь, - Луантина швырнула "кольт" за борт, шагнула за картонную дыру, пес запрыгнул следом, пролом немедленно затянулся.

  Снова кричали чайки, небосвод был лучезарен, дымили сопровождающие нас эскадры. На палубе пели "Тутанхамона" с присвистом и лихим притопом. Мир был как настоящий. Я вздохнул с облегчением и встал. Следовало срочно сменить смокинг, принять ванну и выпить чашечку кофе.