Читаем Рассказы полностью

  - Уйдем. Обратимся с обращением ко всему Союзу.

  - Откуда? Нам сеть-эфир Общего дадут на два слова. Это в лучшем случае.

  - До Южно-Черноморской автономии всего полсотни километров. Транслируем обращение оттуда, поднимаем пользователя. И в нейтральные воды. Там встретят.

  - Кто?

  - Турки. У меня есть контакт. Нас ждут.

  Вот он, момент А-решения. Лея просчитывает мгновенно, и в свои семьдесят хватки ничуть не утеряла.

  Снова смотрит на дурацкую колючую ветвь. Понятно.

  - Почему, Лея? Мы всегда шли до конца. Помнишь: "вдумчиво и со вкусом распространять свои идеи. Любыми средствами". Наша формулировка. Строго рабочая.

  Улыбнулась:

  - "Эти самые идеи", Иосифович, не искажай "Учебник". Не, я не поеду. Не хочу.

  - Что за ребячество? Мы должны, мы обязаны партии и стране. "Не хочу". А чего хочешь?

  - В Ложки хочу.

  - Будут тебе Ложки. Вот в Москву вернемся, я тебе отпуск на неделю дам. А пока лежи, отдыхай, на шиповник любуйся. Да, и вот еще что...

  - Бен Иосифович... - окликнули от машин.

  Так, связной. Опоздал, но тут уж придется подождать с выговором...

  Гость стоял, насмешливо поглядывая на окруживших его любопытствующих коммунаров. Сам он, в жесткой рабочей куртке, короткостриженый, казался работником ближайшего агрокомплекса. Разумно - не должен выделяться. Но вот взгляд... Сложно с ним будет, сложно.

  Ганн пожал руку связному:

  - Задержались? Проблемы?

  - Пока место под посадку нашел, - объяснил пришелец. - На видно нельзя...

  "На видно", ну-ну, бравирует акцентом. Крайне самоуверен.

  - Значит, вы и пилот?

  - Маленький "конви", - летчик показал пальцами. - Все молодай не сядет.

  - Разберемся. Показывайте дорогу.

  Колонна двинулась в путь. Дорога едва угадывалась. Заведет нас татарин-сусанин, если его перекупили, такой упс поймаем...

  Ганн отогнал неприятные мысли...

  ...Тогда, в 30-х хватило чутья не отторгать нацменьшинства, оперлись и на землячества, диаспоры. Задачи и цели объединяли: мировой кризис, безработица и одновременно острая нехватка специалистов реального сектора. Власть неуклюже пыталась развивать промышленность, строить комбинаты и новые заводы. Пособия ордам безработных гуманитариев, падение национальной валюты, массы недовольных, особенно по окраинам страны. Страна возмущалась и ждала новую идею. И были люди готовые ту идею предложить...

  Тогда Ганн сколачивал районную организацию. Активисты спали по три-четыре часа, слепли от мониторов. Но росла сеть горизонтальных связей. Люди объединялись, Сеть давала великолепные возможности и оперативный маневр, уровень вовлеченных рос. Рождалось сообщество: мирное, гласное, открытое, дружелюбное. Никто из стукнувших в виртуальную дверь форума или "контакта" не уходил обиженным. Древний классик сказал: в политике можно объединяться ради известной цели даже с самим чертом, нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя.

  Ганн не помнил, кто из великих дал аксиому, Джобс или Вальтер, но это не имело принципиального значения. Ситуация требовала новейших, самых современных методов продвижения Идеи. Отринуть оковы теорий и методов вчерашнего дня - технология и порыв! Опереться на молодых - они увлечены всем новым и ярким.

  В 2033-м году, наскребли денег на первую командировку и группа партийцев высадилась в Новом Голливуде. Бен гонял на велосипеде между съемочными павильонами и радиостудиями, подавал кофе великим режиссерам и продюсерам, впитывал идеи как губка, учился и завидовал. О, как завидовал!

  До открытия "Красной-нью" оставалось восемь лет...

  ...Машины осторожно проползли по узкой заброшенной дамбе, забрались на холм - впереди открылась лощина. Ярко-синий конвертоплан казался на этой пустоши пугливой, на секунду присевшей стрекозой.

  - Вас, и еще троих взять буду, - пилот перебирал бусины четок, из шариков искусственного янтаря доносился отзвук тягучей музыки.

  - Первым рейсом четверых, - поправил Ганн.

  Гость равнодушно пожал плечами:

  - Я - четырех. Другой лететь, еще брать. Если найдешь "конверт".

  - Э, брат, так не пойдет, - сказал, крутя руль, Чероки. - У нас отряд, а не группа туристов.

  - Спокойно, договоримся, - Ганн пытался пресечь совершенно ненужный и неуместный в широкой аудитории разговор.

  - Граница с тревогой поднят, риск велик. Но мой обещал и сделал, - надменно вздернул подбородок пилот. - А братом не называй. Свинья ваш брат, мой брат деньги не купишь.

  Вот идиот. Никого поумнее Красный Меджлис найти не смог?!

  - Вы гляньте, Бен Иосифович, он же из нац-волков, не иначе! - изумился Чероки. - Разве таких ишаков...

  - Папа твой ишак! - зашипел пилот...

  Спорщики сидели на передних сиденьях и Ганн попросту не понял, что произошло. Полоумный гость качнулся к водителю - Чероки удивленно кашлянул, навалился на руль, машина пошла куда-то в сторону... Пилот оскалился, попытался перехватить руль.

  - А, отдай сюда, ванька...

  - Бен Иосифович, он же меня... - Чероки еще раз кашлянул и тонированное стекло перед ним обдало розовыми отвратительными брызгами.