Читаем Рассказы полностью

Так что сухой голос продолжил свои инструкции. В конце концов Шалопай все понял про копье — и наивно изумился. А уразумев принцип стрельбы из лука, он пришел в неописуемый восторг и воспылал желанием незамедлительно опробовать на практике все эти восхитительные новые вещи. Чужаки, как он чувствовал, тоже были очень, очень довольны…

Но вот, наконец, фигуры вернулись в водяной шлюз, люк опять закрылся, и юноша остался в одиночестве, любовно поглаживая подаренное ему оружие. С тихим звуком сдвинулся еще один сегмент обшивки, за которым оказался иллюминатор. Это была огромная выпуклая пластина прозрачного материала, а за ней плавали в воде антаресиане — уже без привычных резиновых костюмов и внимательно за ним наблюдали.

По уши напичканный инструкциями, Шалопай с видом знатока осмотрел искусно сработанный кремневый наконечник, а потом, перехватив древко так, как его учили, воинственно потряс копьем. Он вспомнил, что ему и раньше попадались на глаза заостренные обломки камней и что камень можно разбить, если долго стучать по нему другим камнем, и подумал, что, наверное, и сам бы мог…

Но Шалопай, как мы помним, был дикарем, и конструктивные мысли немедленно вылетели у него из головы, стоило лишь взглянуть на сотни, если не тысячи, мечущихся в заколдованном кольце длинноухих кроликов. Сглотнув голодную слюну, юноша бросился к зверькам и устроил такую чудовищную бойню, что вскоре ему почти наскучило это несложное занятие. И тогда он обратил внимание на гигантского лося…

Прикончив лесного исполина на пути к космическому кораблю, куда того влекла неодолимая гипнотическая тяга, Шалопай чуть не рехнулся от счастья и гордости. Сперва он вдоволь наелся теплого сырого мяса, потом смело вернулся к кораблю и, усевшись на корточки рядом с подаренной ему коробкой, нахмурил лоб и принялся усердно думать о Ягодке. Как и следовало ожидать, через минуту-другую его мысли с неизбежной закономерностью соскользнули на Одноухого, а там и на остальных соплеменников… Тогда, опьяненный собственным триумфом, юноша пылко пожелал, чтобы пещерные люди — все до единого! — стали восторженными свидетелями его невиданных деяний.

И они пришли.

Ягодка вспомнила, что Шалопай ушел на восток, и захотела последовать за ним. Одноухого потянуло прогуляться на восток потому, что в его неповоротливом мозгу тамошние места стали настойчиво ассоциироваться с огромной грудой свежего мяса. Женщинам тоже захотелось на восток, и чтобы оправдать это стремление, они решили, что так будет лучше для детей. Мужчины же… Короче говоря, вся колония разом снялась с места и дружно замаршировала в восточном направлении.

Правда, до яйца добрались не все. Кривая Нога пал смертью храбрых, защитив своего младшего отпрыска от гигантской гиены. Одна из женщин отстала от процессии, и хотя другие услышали ее отчаянный визг, вернуться назад никто не смог. Уже на последней миле, когда люди двигались как автоматы, куда-то подевался маленький мальчик, но остальные пещерники слаженно промаршировали до самого корабля, где и были освобождены от тяги на глазах безудержно ухмыляющегося героя дня.

Тут же, разумеется, началась паника и неразбериха, так что жаждущему побахвалиться Шалопаю пришлось хватать и удерживать силой то одного, то другого соплеменника. Но в конце концов пещерные люди все же уразумели главное… Еда! Много еды!! Очень много еды!!!

Одноухий аж распустил слюни, когда юноша небрежным жестом швырнул ему здоровенный шмат лосятины, и с утробным рычанием поспешно вгрызся в подарок, по привычке бросая вокруг себя злобные, подозрительные взгляды. Но пищи хватило на всех, и с большим избытком. Кроме того, имелось еще и оружие — новоявленный триумфатор раздавал его щедрой рукой. Дети принялись бить кроликов отличными новыми копьями. Женщины начали свежевать тушки острыми кремневыми ножами.

Тем временем народ все подходил и подходил. Это были совсем чужие люди, но к счастью, соплеменники Шалопая настолько объелись, что попросту поленились напасть на них и убить. Сперва они покатывались со смеху, глядя, как незнакомцы бестолково мечутся взад-вперед, потом ловили их, объясняли положение вещей и предлагали еду. Накормленным горделиво демонстрировали новое оружие, и те охотно примеривались к нему. Поскольку живой добычи уже сильно поубавилось, Шалопай призвал очередную партию животных — для демонстрации прогрессивных методов охоты и одновременно рачительного пополнения пищевых ресурсов. Да уж, что и говорить… Такого веселья, такой повальной обжираловки не бывало еще за всю коротенькую историю человечества! И на всю эту суматоху с чувством глубочайшего удовлетворения взирали из иллюминатора плавающие в воде пришельцы с Антареса.

К концу второго дня прибыло еще человек пятьдесят, и каждый из них на глазах у чужаков сожрал в один присест неимоверное количество еды. На третий день гигантский зеркальный овоид совершенно неожиданно и абсолютно беззвучно снялся с места и, всплыв на высоту около тысячи футов, устремился на запад — к океану, который и был главной целью антаресианской экспедиции.