В этом сборнике 177 рассказов. Конечно, я понимаю, что не только по объему, но и по занимательности они различны, одни рассказы могут понравиться читателям в большей, а другие — в меньшей степени. Наверное найдутся и такие читатели, которым многие рассказы не понравятся. Но я прошу не судить строго: это мой первый (и, вероятно, последний) опыт в области художественной литературы. Я геолог, и написание рассказов — это попытка, несмотря на возраст, «держаться», что нашло отражение и в эпиграфе к этой книге.

Хочу выразить мою глубокую признательность М. Першину и Е. Беленькой за их вклад в подготовку и издание этой книги. Благодарен я также моим сестрам Гете и Белле Листенгартен, а также Ларисе Гликиной, Леониду Каплану и Вагану Чахмахчеву, подавшим идеи некоторых рассказов.

Как и почему я начал писать рассказы

Многие эмигранты приехали в США в солидном возрасте. Некоторые из них, которым было уже за 65 лет, сразу стали получать пособие, SSI. Те же, кому было только около 50 лет, искали работу. Но лишь немногим удавалось трудоустроиться по специальности и занять должность, которая соответствовала бы их прошлому положению в СССР, где они были молоды и многого добились. Как говорят американцы, мы приехали в Америку уже «over hill» и нам пришлось довольствоваться той работой, которую удавалось найти. Естественно, что в 65 лет мы уходили на пенсию. И тут возникала новая проблема. Если большинство женщин занимали свое время, колдуя по хозяйству, то многие мужчины занятия себе не находили. Каждый старался выйти из положения как мог. Одни стали много путешествовать, другие — играть в казино, третьи пошли учиться в колледжи, изучая что придется: программирование, искусство, литературу. Труднее всего было тем, кто в СССР занимался научной деятельностью. Некоторые из них до сих пор пытаются писать какие-то научные статьи, а другие переквалифицировались в литераторов. Дохода эта деятельность не приносит, но доставляет удовольствие, сравнимое с тем, которое мы испытывали, когда выходил тираж очередной написанной нами научной книги или из журнала присылали оттиски нашей новой статьи. Однако трудно было себе представить, что писательская деятельность окажется в то же время удовольствием трудным и мучительным.

Я за свою жизнь написал десятки научно-технических отчетов, несколько монографий, научных книг и множество статей, но все это было так легко! Я садился за стол на работе, просматривал и подготавливал фактический материал, а потом писал, редактировал, подправлял. Но дома я об этом не думал, я спокойно обедал, ходил в кино, в гости, ужинал, читал газеты и книги, смотрел телевизор, ложился спать, думая о чем угодно, но не о науке.

А с рассказами — это ужас! Говорят, что Агата Кристи обдумывала сюжеты своих романов, сидя в горячей ванне. Я попробовал, долго сидел в джакузи, но в голову ничего не приходило. А вот когда я ложился вечером спать, в полусне, мне в голову начинали лезть сюжеты новых рассказов. К утру я их обычно забывал, поэтому на прикроватной тумбочке стал держать бумагу и ручку. Но все это было бы полбеды. Проблема в том, что если в голову приходит какой-то сюжет, то дело на этом не кончается: ни о чем другом думать невозможно, в голове все подробно проворачивается — от названия и первого слова рассказа до последнего. В уме меняются детали сюжета, вносятся поправки. Невозможно спокойно гулять, есть, пить, читать что-либо или смотреть телевизор до тех пор, пока рассказ полностью не продуман и не записан. И только после этого напряжение спадает, и появляется возможность заниматься чем-то другим.

Но дело на этом не кончается. У меня есть цензор — моя жена. Все, что я пишу, она проверяет, вносит поправки и исправления и затем милостиво разрешает к печати. Делает она это только убедившись, что мой рассказ, как это говорили в СССР, идейно выдержан, что я нигде не отклонился от «генеральной линии партии», а если сказать по-американски, то рассказ «политкорректен». По ее мнению все, что касается любви, описывать можно, а вот насчет секса — лучше воздержаться. Как сказала та женщина в телепередаче: «У нас секса нет!» — и все тут. Большие проблемы с именами собственными. А вдруг эти люди живы и обидятся? А вдруг за них обидятся их дети или внуки? Лучше имена заменить! Лучше, по ее мнению, писать рассказы не от своего имени, а от третьего лица, или вообще неизвестно от кого! После того, как рассказ вымыт, выжат, как в том анекдоте:

— Почему ваша кошка так сильно кричит?

— Мы ее купаем!