Читаем Рассказы полностью

Во время обеденного перерыва я заметил, что несколько моих сослуживцев, стоящих поодаль в углу, о чем-то заспорили, изредка поглядывая на меня. Потом один, не буду называть имени этого, весьма почтенного вида, отца семейства, подошел и объявил, что я избран членом клуба плазмодиевых1. Когда я спросил, что это за клуб и каковы будут мои обязанности в нем и почему у него такое странное название, мне объяснили что обязанности будут самые приятные, так как члены клуба на своих собраниях сбрасывают с себя путы предрассудков и узко-мещанской морали, которая устарела и якобы не соответствует высокоразвитому сознанию современного Homo Sapiens. Что в названии клуба скрыт вызов обществу, еще не освободившемуся от вышеуказанных пут. В нем даже есть нечто кощунственное, и это слегка щекочет нервы…

Я был ошеломлен неожиданностью такого предложения и молчал, что, по-видимому, было сочтено как мое согласие. Все пункты повестки собрания одобрили, но о том, каких кому женщин пригласить, заспорили. При этом произносились циничные определения частей тела каждой и повадки, не оставляющие сомнений, что мои прежние суждения о некоторых моих девушках-сослуживицах были миф… Мне не хотелось верить — я внутренне протестовал и, когда мне задали вопрос, с кем из них я предпочел бы провести ночь, я буркнул, что не знаю что сказать, так как в таких делах у меня нет опыта. Тут остальные засмеялись: ему Наездницу! Лучшего наставника не придумаешь… Ей нравятся неопытные…

Я понял, что в прозвище Наездница вкладывается какой-то другой смысл.

И в этот момент я вспомнил о тебе, моя Единственная… Хотел сказать — ненаглядная, но спохватился, что я тебя еще не видел, и назвал тебя — моя Нецелованная…

Я категорично отказался от приглашения, чем вызвал недоуменные взгляды, кто-то бросил мне вслед:

— Чудак! Я же вам говорил, что плазмодия из него не получится.

Но весь остаток дня был испорчен. Глядя на каждую из встречавшихся девушек, я думал: неужели и она…

Точно сорвали с богини златотканый звездный наряд и заменили рубищем. Я дурак, что идеализировал просто самок. А ты мне после этого теперь еще дороже стала».