Читаем Распутье полностью

И смешно, и больно читать такие слова. Не будь вас, то давно был бы мир в России. Война только и держится на кончике ваших штыков. Японцы выводят свои войска из Амурской области, но в то же время вводят их в Забайкалье, чтобы усилить армию Семенова. Двоерушники и двоедушники!

Но народ японский гудит, об этом говорят на улицах Владивостока, все требуют отзыва японских войск с Дальнего Востока. Вот где надо зреть в корень, ежли народ гудит, знать, дело неправое. А неправое еще и потому, что в Японии всё стало дорого, жить стало трудно. А зачем простому японцу эта холодная Сибирь? Зачем матери оплакивать своего сына, который погиб у нас? И правительство Хара заколебалось, закачались их министерские кресла, ибо это было не землетрясение, а взрыв народный. Молодцы японцы, что праведно поняли политику своего правительства, которая идет к тому, чтобы прибрать к рукам Дальний Восток. Но ведь прибрав его, надо его еще и удержать, потому как русский не будет мириться с тем, что на его земле хозяйничает интервент.

Присмотрелся я ко всему, пригляделся я ко всему и понял, что в миру творится диво дивное. Во что это обернется, того я понять не могу. Буфер – то ладно, это значит, оставить японцев с носом. Но вот как понять такое, ума не приложу…»

Макар задумался. Долго смотрел в ночную темень, потушив лампу, пытался разобраться в душах людских. Ведь из числа тех, о ком он писал или будет писать, он многих знал, пусть не лично, но по делам их, видел в лицо. Недавно дошли известия, что генерал Хорват, его Макар не видел, но читал и слышал о нем, вдруг начал «краснеть». Решил записать и эти размышления.

«3 февраля в полосе отчуждения КВЖД Хорват, как писали в газетах, разрешил открыть конференцию общественных, политических и профессиональных организаций. А конференция потребовала от него выпустить всех политических заключенных, что содержались в харбинской тюрьме. Конференция прошла под знаком протеста против интервенции Дальнего Востока. Будто бы это же поддерживал и Хорват.

Ну ладно, это возможно. А вот возможно ли такое, когда во Владивостокском Совете с недавними командующими партизанскими отрядами, коммунистами, такими как Лазо, Луцкий[79], Мельников[80], Сибирцев[81], Пшеницын[82], сидели член комиссариата Временного Сибирского правительства Линберг, член директории и главнокомандующий генерал Болдырев, помощник командующего Омским гарнизоном при Колчаке генерал Караульщиков? Командующий сухопутными и морскими войсками, бывший министр Сибирского правительства – полковник Краковецкий, а его помощник по политической части – бывший инспектор Красной армии Панферов. С этим мы не однова встречались на фронте, потом были встречи в Сибири. Начальник же штаба, тоже бывший кандидат в Верховные Правители, – генерал Доманевский.

И так почти во всех городах. Взять Хабаровск, там тоже сидит мой знакомец – коммунист Стоянович, с коим мы дрались супротив Семенова. Более того, так против нас стоял тогда поручик Булгаков-Бельский. При Колмыкове же он был начальником офицерского добровольческого отряда, счас командующий революционными войсками.

И это командующие, а пошто же тогда Устина отвергали?».