На последних словах император словно споткнулся, произнеся их со странной интонацией в голосе, которая моментально насторожила Чухнина. Ведь это, по сути, отставка двух сановников, абшид полнейший, раз царь столь открыто выражает недовольство. Но отставка Авелана есть серьезный удар по «августейшему» генерал-адмиралу, великому князю Алексею Александровичу, что фактически стоит во главе Российского Императорского флота, и, видимо, монарх сильно недоволен своим дядей.

— Флот наш, руководимый вице-адмиралом Матусевичем и возглавляемый адмиралом Алексеевым одержал выдающуюся победу — потоплен броненосный крейсер «Асама», два малых крейсера и три больших миноносца, у нас серьезно поврежден броненосец «Севастополь», который теперь нельзя использовать в составе эскадры.

Царь остановился, прошелся по кабинету, о чем-то размышляя. И через минуту остановился у кресла, из которого Чухнин попробовал подняться, но на его плечо легла ладонь.

— Сидите, Григорий Павлович. Так вот — у нас беда, убит в бою генерал Куропаткин, Ах, бедный Алексей Николаевич…

Скорбь была нарочитой, неестественной, хотя и трудно уловимой — адмиралу даже показалось, что странные интонации в голосе ему просто послышались. А царь продолжил говорить:

— Мой наместник принял на себя командование армией в столь трудный час, когда готовится генеральное сражение с неприятелем, которое решит исход войны. А потому и флот должен действовать теперь совокупно, чтобы объединенной силой овладеть Желтым морем и начать блокаду вражеского побережья. Потому отряд Владивостокских крейсеров с броненосцем «Победа», что потопил «Идзумо» готовится перейти в Дальний. Отряд поведет князь Ухтомский, что так вовремя прошел Корейским проливом в решающий момент сражения с крейсерами Камимуры.

Монарх говорил глуховато, но для адмирала его слова звучали колоколами громкого боя. Григорий Павлович догадался, что последует дальше — но ясно, что Скрыдловым и Безобразовым в столице недовольны. Причины для этого имеются — за три месяца пребывания во Владивостоке оба адмирала не сделали ничего решительного для изменения хода войны, три выхода в море и потопление нескольких транспортов не в счет. И в бою все сделала «Победа» князя Ухтомского, отправленная Матусевичем, что немаловажно — так что орден святого Георгия 3-й степени, полученный Скрыдловым за этот бой, не больше, чем «прощальный подарок».

— Николая Илларионовича мы решили отозвать на прежнюю должность командующего Черноморским флотом, который он хорошо знает. А вице-адмирал Безобразов болен, но, несмотря на это мы приняли решение назначить его начальником Главного Морского Штаба. В Санкт-Петербурге хорошие врачи, и они озаботятся здоровьем Петра Алексеевича. Командующим Тихоокеанским флотом сегодня назначен вице-адмирал Матусевич — кандидатура Николая Александровича внушает нам полное доверие, он знает, как надо правильно воевать с японцами.

В голосе царя послышалась непоколебимая уверенность, которую сам Григорий Павлович вполне разделял. Менять отлично зарекомендовавшего флотоводца нельзя, наоборот, нужно ставить его командующий, что монарх и проделал весьма изящно, «убрав» из Владивостока с повышением двух равных в чине вице-адмиралов, к тому же имеющих преимущество по «старшинству», изрядное, если не более существенное, ведь войну с японцами Матусевич начал в чине капитана 1-го ранга.

— А вас, Григорий Павлович, мы решили назначить командующим 2-й Тихоокеанской эскадрой, которую необходимо немедленно отправить на Дальний Восток, не дожидаясь ввода в строй новых броненосцев, и окончательно сломить неприятеля…

Именно в сражении в Желтом море решался главный вопрос — кто станет победителем в русско-японской войне…

<p>Глава 28</p>

— В своем корпусе я полностью уверен, ваше высокопревосходительство, сибиряки будут драться упорно и с позиций не уйдут. Что же касается двух прежних дивизий 5-го Сибирского корпуса, то задействовать их можно исключительно в обороне, к маневренным действиям в полевом бою они абсолютно непригодны. Но если 54-ю дивизию еще можно поставить на позиции, то 71-ю дивизию нужно незамедлительно убирать с фронта, она не принесет никакой пользы, а станет лишь источником постоянного беспокойства. Ее можно отвести во Владивосток, где она составит костяк гарнизона, и взамен взять 2-ю Сибирскую стрелковую дивизии, придав ей сводный стрелковый полк вместо 5-го, что сейчас в войсках генерала Стесселя на Квантуне.

Генерал-лейтенант Зарубаев, командующий 4-м Сибирским армейским корпусом, говорил уверенно, со знанием дела, и ему адмирал верил. Южная группа, состоящая из трех корпусов сибиряков, и находившаяся под его командованием, встала на пути двух наступающих японских армий прочным заслоном, проломить который вражеские войска оказались не в состоянии.